Книга Пленница Лютого, страница 7 – Ая Кучер

И тогда я нанесу удар.

— Лютый, двигай.

— Не забывайся, сержант, - подрываюсь, кожа зудит. Не хватает боя, чтобы пар выпустить. Сокамерников отселили, не рискнули. А жаль. – Базар фильтруй.

— Или? Лютый, с той стороны тоже давят. И мне ни от чьей руки подыхать не хочется. Поэтому двигай и сам со своим другом разбирайся.

— С кем хоть?

— Саид Хаджиев.

Присвистываю. Не думал, что друг найдет на меня время. Но если приехал, значит, дело есть. Хорошо, у меня уже крыша едет от скуки. Нет, сюда бы златовласку, и можно вообще не выбираться.

Сука редкостная.

Дрянь.

Любая мысль к ней возвращается. Плавно перетекает, перекрывает кислород. Я ведь держался на расстоянии. Нормально было, так, только присматривал время от времени.

Но попала в мои лапы…

И всё, финиш.

Перемкнуло окончательно.

— Удивлен, - усмехаюсь Саиду, падаю на стул. – Я думал, ты занят Никой.

— Занят. Но для тебя время найду. Или ты решил сам всё разгребать?

— Да можно и самому, плевать.

Выдыхаю. Сейчас не тянет рвать и разбираться со всем. Весь фокус на златовласку сместился. И пар выпустить хочется. Бой с удовольствием бы устроил. А копаться в делах и адвокатов напрягать – нет, не моё дело.

При хорошем раскладе, можно было выйти сразу. Но я не спешу. Выжидаю. Пока крысы полезут, когда пойму, кому было выгодно меня посадить. Не государству уж точно.

Пусть скалятся, радуются, что прокатило. Лютый и за решеткой – событие века. Успех ослепляет. Не заметят, как подберусь и глотки разорву. Разберусь с каждым, кто захотел меня убрать.

А потом приду за златовлаской.

И пусть молится, чтобы к тому времени гнев поутих.

Иначе ей не понравится наша встреча.

— Я к твоей Кристине охрану отправил, присмотрят.

Жду каких-то нотаций. Это ведь Хаджиев, он не из тех, кто будет за девчонкой бегать. Но знаю, что друга тоже помотало. Сильно и крепко, как меня зацепило.

Он изначально косо смотрел на мою одержимость Кристиной. А теперь нечего сказать. Потому что и он, и я – попали основательно. И попали девчонки, которые нам понравились.

С Саидом странные отношения. Я не работаю на него, ни на кого не работаю. Но именно Хаджиеву тянет помогать. Такой же долбанутый, как и я. В своей манере.

— Только пусть златовласку не пугают, - киваю, мои люди тоже рядом с ней. Но подкрепление не помешает, спокойней. Дышать получается. – У меня на неё свои планы.

— У неё тоже планы. В клинику записалась, мои безопасники откопали.

— Что за клиника?

— Без специализации, но запись достали. Кровь пойдет сдавать, проверятся.

— Зачем?

— На ХГЧ. Я тоже не знал, что это такое. В общем, поздравляю, - Саид щурится, вена на шее вздувается. Не от души, злится почему-то. Но по плечу меня хлопает. – На беременность идет проверятся.

Сука.

Новость глушит.

Бьёт молотом по голове. До звезд, до стиснутых кулаков.

Кровь бурлит, закипает. В голове мысли смешиваются. На беременность, значит? Нет, златовласка не дура. Не легла бы под первого встречного. Знает же, что после такого смельчака найдут мертвым на свалке.

А её ко мне дернут.

И всё закончится плохо.

Значит…

Умолчать решила? Плохой ход. Откровенно плохой, потому что я такое не прощу. Попытку скрыть ребенка или чего похуже. Это у других прокатывает, забывается.

А я спрошу за каждый день, когда она знала.