Книга Невеста по вызову, страница 85 – Кайя Сэнд, Ая Кучер

Но его внимание приятно, хотя я не из тех ванильных девочек, которые тают от простого прикосновения. Поэтому включаю максимальный холод и отвлекаюсь лишь на Луну. Раз Кир может ничего не замечать вокруг, то и я тоже. И совсем меня не волнует, что он сжимает мою ладонь.

— Луна, в ванную, — команду и шпиц слушается, привыкший к тому, что лучше добровольно мыть лапы. — И ты, мыть руки.

— Слушаюсь босс.

Кирилл улыбается так широко, а после тянет меня за собой. Впечатывает в мойку, сжимает локтями мою талию. За спиной шумит вода из крана, а мужчина смотрит на меня сверху-вниз.

— И что ты творишь?

— Я проштрафился, — сообщает загадочно, вытирает руки о полотенце, а после хватает край моего платье, которое защищает ничуть не лучше платья. — И собираюсь просить прощение.

Не понимаю, где именно он ошибся, что не так. Но даже спросить нет сил, всё уходит на то, чтобы не рухнуть вниз, когда мужчина спускается ниже. Целует мой живот, соединяет родинки на бёдрах и дергает бельё вниз.

— Кир.

Всё, что могу произнести, когда его дыхание греет живот. Подкидывает дрова в тот костёр, что медленно разгорается внутри. Смотрю сверху вниз на мужчину, который опустился на колени.

Прижимается губами к косточкам, втягивает кожу. А у меня мурашки танцуют по телу, заставляя дрожать и откидываться на кухонную тумбу. Стараться удержаться от того, что меня шатает. После одного касания, пусть и не такого невинного.

— Ты… Обнаглел.

— Правда? — вскидывает бровь и поглаживает меня через трусики. А у меня в мышцах застывшая смола, липкая и твёрдая, не дающая сопротивляться. — Я знаю. А ещё не пожелал доброго утра, да? Могу по-другому.

— Мне… Надо в душ, Кирилл. Пусти.

— Значит, по сути, ты не против? Отлично.

— Господи, ты невыносим!

— Ты ничуть не лучше.

— А как же прелюдия? — спрашиваю единственный бред, который всплывает в воспалённом мозгу. — А?!

— Все наши встречи сплошная прелюдия.

Кирилл отстраняется, поднимается, чтобы быть на моём уровне. И я делаю то, что не сделала бы когда-то ещё. Но у меня сейчас такой раздрай, что вверх поднимается ладонь, собирающая отвесить ему пощёчину.

Мужчина её перехватывает, тянет на себя. Врезаюсь в его грудную клетку, весь воздух выбивает. Хочу ещё что-то сказать, но Кир качает головой. И это, почему-то, действует.

Молчим, смотрим друг на друга. Пытаюсь понять, что происходит. Но это бесполезное занятие, с того самого момента, когда мужчина подсел за мой стол. С тех пор всё катится с горы, а я не успеваю ничего поймать.

— Что тогда для тебя прелюдия, — спрашивает, пока его ладони вырисовывают узоры под платьем. — Свидание? Кажется, мы были. Считай в парке тогда, в ресторане, в доме моего деда. Целых три.

— Это не считается, Кир. Это было… — «по работе» не получается произнести. Садится корицей во рту, сушит. — Не то.

— Хочешь свидание? Будет. В ресторане? Или выбраться на природу? — на каждый вариант он оставляет поцелуй на моей шее. — Театр? — сжимает край белья, тащит-таки вниз. — Может, океанариум? Без проблем, сходим.

— Ты вечно работаешь, не неси чушь.

— Последний сеанс в кино, какая-то ночная экскурсия по музею. Что ты хочешь?

Не знаю. Ничего не знаю, когда моё платье стягивают с тела. Кир несёт бред, отвлекает меня. А я отвлекаюсь, позволяю всё это. Потому что его шепот несётся вибрацией вдоль позвоночника, окручивает талию, давит между ног.