Книга Эмин. Чужая невеста, страница 142 – Ая Кучер

— Раз двадцать, но ты умница, — улыбаюсь, обхватываю её лицо. Целую в лоб, чувствуя, как простые слова отзываются в моей жене. — Уверен, скоро свободного времени у тебя не будет.

— Кстати, мне нужен растворитель краски и глицерин. Всё уже… Ушло. И твои рубашки можно спокойно выбрасывать, лишних следов там не осталось.

— Красавица…

— Нет. Я не хочу знать, даже спрашивать не буду. Мой муж просто решает какие-то проблемы. Я в тюрьму не пойду. И на допросе спихну всю вину на тебя, это ты отстирывал одежду.

— Ты ведь в курсе, что я не кровавый мафиози? Так случайно получилось, я вообще…

— Ла-ла-ла…

Напевает громко, закрывая уши ладошками. Сбегает осматривать дом и готовить первый ужин на новом месте. Дина упрямо игнорирует тот факт, чем именно я занимаюсь.

Не требует прекратить, не говорит о морали, не боится ответки. Просто любит меня, а остальное её не волнует. Мое тихое убежище, где я чувствую себя живым.

И жить, черт возьми, очень хочется.

Хотя иногда красавица пытается меня убить.

— Черт, — ругаюсь, когда она запрыгивает на кровать. Бьет коленом в бок, ладонью едва не давит на гортань. Зато быстро просыпаюсь. — Что случилось?

— Вот! — девчонка трясет чем-то в воздухе, а я тянусь к настольной лампе. Морщусь, стараясь рассмотреть. — Это мой подарок на годовщину.

— На какую из? В любом случае сейчас весна.

— А это на все и надолго. Потому что этим, — снова трясёт каким-то конусом, выглядит необычайно серьезной. — Этим, Хаджиев, я перекрываю всё на несколько лет. Ты облажался.

— Я?

Наконец ловлю её ладонь, крепко сжимаю, заставляя остановиться. Забираю бело-синий конус, рассматриваю его внимательно. Никогда с подобным не сталкивался, но две полоски — это всегда две полоски.

Объяснений не нужно.

— Эмин! — визжит, когда я опрокидываю её на спину. — Что ты делаешь?

— Я? Моя жена беременна спустя столько лет стараний, собираюсь это отпраздновать.

— Мы не старались! Мы говорили, что подождем. А мне только двадцать три исполнилось. Это кошмар!

— Это прекрасно, красавица. Нам больше не нужно тратиться на защиту и прерываться в самый неподходящий момент. Хорошо же?

— Хм… Наверное.

Признает мою правоту, когда прикусываю её шею. Отбрасываю тест подальше, стягиваю с девчонки пижаму. До её работы ещё есть несколько часов, я собираюсь использовать их с пользой.

— Тише, Дика, — спускаюсь дорожкой из поцелуев, прижимаю к постели. — Моя хорошая.

— Почему? — хрипло спрашивает, откидываясь на подушках. — Иногда… Ты называешь Дикой. Сначала я думала, что это оскорбление. Но вряд ли… Что это значит?

— Хороша ты, Дина, поэтому Дика. Хорошая, — объясняю, прикасаясь губами к её животу, ловлю хриплый стон. — И дикая иногда, но мне это очень нравится.

— Ещё бы тебе не нравилось! Я, между прочим, твоего ребенка ношу!

— Но если будет девчонка, то я ещё пацана хочу, — предупреждаю сразу, чтобы не думала. — Уговор?

— Разве у меня выбор есть?

Язва.

Моя языкатая девочка.

Которая через девять месяцев дарит мне сына. Уставшая, красивая и уверенная в том, что никаких больше детей. Бьет меня в бок, но двигается на кровати, позволяя забраться к ней.

Врачи гнали из частной палаты, говорили приезжать утром, но мне на их мнение плевать. Здесь моя жена и мой сын, куда я свалю? Тем более, что сама Дина цепляется пальчиками за мою футболку.