Книга Развод. Сын моего мужа, страница 34 – Ая Кучер

Злит. Злит. Злит!

Он даже не может просто признать свою вину. Честно покаяться. А продолжает врать со всех сторон.

Разве я хотя бы не заслужила правды?

Обычной, маленькой правды?

— Наверное, Сонька что-то перепутала, — отмахивается Витя. — Такого не было. Я бы не стал так знакомить Назара с детьми за твоей спиной. Не вот так. Это было бы неправильно.

— Конечно, куда лучше было бы привести его на мой праздник. Вот это правильно.

— Мне жаль. Жаль, что я растерялся и поступил тупо. Жаль, что единственным вариантом было привести Назара вот так. Ты же знаешь меня, я не стал бы причинять тебе боль намеренно.

— Знаю? Нет, Вить, я тебя больше не знаю.

— Поль…

Муж тяжело вздыхает. И в этой тишине звучит всё. Моя усталость и боль. Растерянность Вити, который не знает, что со мной делать.

Растерялся, потому что не всё так просто оказалось.

— Полюш, возвращайся домой, — просит хрипло. — Я снял отдельную квартиру. Я съеду, а ты с малышками — возвращайся, хорошо?

— Даже так?

— Да. Я… Мне невыносима мысль, что вы будете жить отдельно. Не со мной. Но если так… Возвращайтесь домой, а я поживу в другом месте. Так мне спокойнее будет.

Витя убеждает, но я не могу отделать от мысли, что где-то есть подвох. Только в чём именно?

— Так, бандитки, всё взяли?

Отец уточняет грозно. Малышки по струнке вытягиваются. Соня ещё и ладонь к виску прижимает, отчитывается.

Я со смехом наблюдаю. Мысленно благодарю отца. Пока он солдатской выдержкой девочек испытывает — я хоть обуться успеваю.

Сегодня малышки очень активные. Проснулись часов в пять, всем жару задали. У них включилась юла, и теперь не выключается.

Только утро, а у меня уже голова кругом.

— На выход, шагом марш!

Отец чеканит, заставляя малышек бодро развернуться. Маршируют к выходу.

— А объятия деде?

Я порчу всю выдержку. Но дочки тут же с визгом бросаются к дедушке. Обнимают его.

Кое-как выгоняю их на улицу. Усаживаю в детские кресла, помогаю пристегнуться.

От предложения Вити я пока отказалась. Не хочется мне возвращаться в дом, пока под грудью сжимает. Я ищу подвох во всём.

Не верю, что теперь всё будет так просто. Витя отказывался съехать, а теперь — так просто уступает?

Подвох — практически горит яркими буквами над таким предложением.

А я устала, чтобы беспокоиться. У меня дела, дети, осколки сердца, впивающиеся в кожу изнутри.

Я думала, что просто нужно время. Ну… Пройдёт же? Никто ещё от разбитого сердца не умирал! Я не стану первой.

Если все могут пережить, то почему мне так сложно?

Очень сложно. Выходные лучше не сделали. Лишь немного приглушили оголённые чувства, но точно не вылечили.

Во снах — один чертов Доронин. Улыбается, целует, прижимает к себе. Я растворяюсь в тепле его объятий.

В реальности — я замерзаю. Нет ни Вити, ни тепла. Только пустота.

Я думаю, что держать дистанцию — хороший вариант. Оставить как можно меньше напоминаний о муже. Не пытать себя вспышками прошлого.

Я завожу дочек в садик. Предупреждаю воспитательниц, чтобы позвонили мне, если объявится муж.

Я не могу запретить Вите забрать дочек. Но переживаю по этому поводу. Пусть муж угрожал для красного сердца, но его «дети останутся со мной»— зудит в голове.

Поэтому лучше быть наготове. Я бы вообще малышек не отпускала сегодня, но они очень просились.