Книга Развод. Сын моего мужа, страница 95 – Ая Кучер

Просто потому, что моя жена — Полина. Этого достаточно было.

И две мартышки, которые просто разрывают моё сердце каждый раз.

Больше всего я любил приезжать домой, где меня встречало это трио. Дочки выбегали навстречу.

Полина прислонялась плечом к дверному косяку. Ждала, когда я избавлюсь от мартышек. И тогда я был полностью её.

А она — моей.

— Никогда, — повторяю сипло. Голос садится от эмоций. — Я понимал, что сделаю тебе больно. И да, в момент измены… Это не казалось приоритетом. За что я буду расплачиваться. Но если ты думаешь, что это было легко… То ты, Поль, ошибаешься.

— Серьезно? Ты…

— Каждый день я вспоминал об этом. Один ничтожный поступок, который перечеркнул всё. И даже если ты в это не веришь, то я расплачивался за это. Всё это время.

— Расплачивался?

— Я сам себя наказал. Потому что боялся, что ты узнаешь. Заранее знал твою реакцию. Бросишь. Или разведёшься, как мы поженились. Но меня постоянно кошмарило из-за этого. Каждый разговор, каждый момент… Любое твоё «я хочу поговорить» бросало меня в холодный пот. Заслужено, да. Но бросало. Боялся, что ты посмотришь на меня вот так… — я замираю, смотря ей прямо в глаза. — Именно так, как ты сейчас смотришь. Будто меня больше нет.

Я знаю, что натворил дел. Что облажался по полной. И ладно бы мне было похрен. Есть такие мужики.

Изменяют, живут на две семьи, хотят всех вокруг. Их выбор, не мой.

Нет, я выбрал лишь раз. Много лет назад. Выбрал неправильно. С каким-то юношеским максимализмом хотел доказать себе, что…

А хрен знает что на самом деле. Просто была выпивка. Было ощущение, что я вязну в серьёзных отношениях.

И кайфую от них. И «каблук», ага. И в двадцать четыре это казалось серьёзным, важным.

Каким я тупым был.

Взгляд Полины режет. Она хмурится, изучает меня пристальнее. Но при этом в её взгляде нет ничего.

Ни-че-го.

Ни любви, ни понимания. Ни толики прошлых тёплых чувств.

— У нас было восемь охренительных лет, — я усмехаюсь. — И я был счастлив. И при этом с каждым годом… Страх становился всё сильнее. Потому что «гипотетических потерь» становилась всё больше. С каждым днём ты становилась всё более важной для меня. И всё сильнее раздирало нутро от мысли, что когда ты узнаешь — уйдёшь. Я варился в этом, Поль. Постоянно. Сам себя наказывал за содеянное. Я понимаю, что тебе этого недостаточно. Но я сам себя истязал столько лет за одиночную ошибку.

— Одиночную? — Полина поджимает губы. В её голосе и сочувствие, и злость. — Думаешь, она всего одна?

— Одна.

Отвечаю твёрдо.

Одна-единственная.

Когда я решил уйти вместе с Марго с вечеринки. Когда переспал с ней, изменив Полине.

Одна ошибка.

Всё остальное — лишь последствия.

Ложь напоминает снежный ком.

Одна снежинка падает, и дальше не остановить. Крутится, летит с горы, в лавину превращается.

И ты крутишься. Изворачиваешься. Пытаешься сбежать.

Всегда ведь есть шанс сбежать, да?

Всегда лавина догоняет.

Сметает. Хребет ломает. В моменте, когда Поля смотрит на меня как на чужого человека. Незнакомца.

Обнимает себя за плечи, максимально ограждается. Держит дистанцию. Я её понимаю.

У самого башню срывает лишь от мысли, что она могла бы с кем-то… Белый шум в голове, адреналином бьёт.

Убивать готов.

Понимаю, да. Но принять ответ не готов. Потому что это будет конец. А я не хочу.