Книга Без шанса на развод, страница 118 – Ая Кучер

Каминский тоже что-то отвечает, но его слова превращается в белый шум. А я — молчу.

Мне нет нужды вмешиваться, всё управление процессом я отдаю Галине. Она профессионал и разбирается лучше.

Я же отвлекаю себя анализом, насколько могу, не будучи специалистом в семейном праве.

Наши доказательства. Протест Льва. Прогноз того, что решение будет в мою пользу…

После отвлекаюсь подсчётом. Складываю цифры в уме, вспоминаю старые проекты. Всё что угодно, лишь бы не чувствовать покалывания в груди.

Мне противно от происходящего. Как Лев лжёт и манипулирует. Хочется сбежать от сюда.

Я тянусь за бутылкой воды. Во рту пересыхает. И пусть зал казался мне холодным, но тут невыносимо душно. Не хватает воздуха.

— У нас есть свидетель…

— У нас тоже…

— Так, — строго произносит судья. — Свидетели это отлично. Мы выслушаем их на следующем заседании. Оно будет назначено после получения ответа от клиники и результатов теста ДНК. Заседание закрыто.

Раздаётся стук молоточка. Отбивает эхом в голове, пульсацией в висках. Тук-тук-тук.

Я медленно поднимаюсь, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Упираюсь ладонью в стол, встряхиваю головой.

Цепляюсь за главное. Развод в активном процессе. Дети продолжают жить со мной. Это большой шаг вперёд, всё хорошо.

Но что же так хреново?

— Карина, — Лев ступает ко мне. — Не думаешь, что нам следует поговорить нормально? Ты не можешь бегать от меня.

— Моя клиентка не хочет с вами говорить.

Галина преграждает путь мужчине. Цербером выступает, за что я ей очень благодарна. Хотя женщина на вид очень хрупкая, но я не сомневаюсь, что Лев не пройдёт.

— Говорить надо было раньше, — выдыхаю я, тянусь за сумкой. — До всего этого. А сейчас уже поздно, Лев. Просто оставь меня в покое.

— Кариш, ты вроде умная, но такую дурость делаешь. Я же выиграю и…

— И что? Перепишешь закон, чтобы разводы запретили? Просто оставь меня в покое. Галина, мы можем…

У меня не получается закончить предложение. Голову заливает жаром, выжигает все цвета. Мир начинает покачиваться, становится ослепляюще белым.

А после превращается в сплошную темноту.

Когда я вновь открываю глаза, вокруг светло. Настолько, что от белого начинает рябить в глазах. Я промаргиваюсь.

— Ну как ты?

Я резко поворачиваю голову. На секунду всё снова размывается, а после я сосредотачиваюсь на рыжеволосой женщине.

Я сажусь на кровати, стараясь не потревожить катетер. Поправляю подушку. Медленно выдыхаю, понимая, что я в больнице.

— Тебе надо поменять дизайн, Вер, — я хмыкаю. — Ты знаешь… Белый это отвратительный цвет, уж прости за прямолинейность.

— Значит, всё нормально с тобой, — она усаживается на стул. — Тут переполох был.

— Долго я была в отключке?

— Около двух часов. Я так понимаю, тебя прямо из зала суда привезли. Лев пороги обивает. Я к тебе не подпускаю, естественно. Но выгнать с самого здания не получается.

Я морщусь. Тянусь к графину воды, наливаю себе. Вот за это я люблю частные клиники — тут весь спектр услуг есть.

Я делаю несколько больших глотков, пока не чувствую себя лучше. Смотрю, как капли лениво падают в камере.

— Что ты мне капаешь? — я прищуриваюсь.

— Витаминный комплекс, электролиты… — Вера заглядывает в карточку. — И ещё потом нужно будет кое-что прокапать.

— Ты решила меня до краёв наполнить?