Книга Без права на развод, страница 8 – Ая Кучер

— Люблю тебя мучить, — улыбается чуть натянуто, подпирает подбородок ладошками. — Сначала важный разговор.

— Насколько важный?

— Ну… Про кастрацию.

— Про что? — едва не давлюсь водой, которой решил запить пересоленный салат. — Зачем?

— Знаешь, говорят, это отличный способ справиться с гулящими самцами. Так что, милый, как ты относишься к кастрации?

Аж побледнел, бедненький.

Я с каким-то кровожадным удовольствием наблюдаю за тем, как Рома реагирует на мои слова.

Мне его жаль. Почти.

Я растягиваю момент, накалывая кусочек сочного мяса. Наблюдаю, как мужа чуть передёргивает от этого.

— Мхм, кажется проблема в соли, да? — невинно интересуюсь. — Поэтому ты почти не притронулся к еде.

— Ну…

— Если не понравилось, мог просто сказать.

Я шумно вздыхаю, отвожу взгляд в сторону. У Ромы есть маленькая слабость, которой я сейчас пользуюсь.

Если ему что-то не нравится — он может быть грубым. Но если я первой об этом говорю, начинаю хныкать, то муж никогда не признаётся.

Будет до последнего убеждать, что всё хорошо и я себе придумываю. Вот и сейчас показательно запихивает в себе пересоленный огурец.

Актриса из меня плохая. Но сейчас мне кажется, что я заслуживаю оскар.

Я понимаю, что хожу по грани. Пока у меня нет ни чёткого плана, ни подстраховки — злить мужа не лучшая идея.

Но я чувствовала, что если ничего не сделаю, то взорвусь, как только увижу мужа. Маленькая месть стала приятным успокоительным.

— Всё отлично, — повторяет муж. — Прекрасный ужин.

— Правда? Я так волновалась, — тянусь к солонке. — Кажется, забыла посолить еду. Тебе…

— Нет! — вскрикивает. После прокашливается: — Нет, как по мне, всё идеально.

— Как знаешь.

Я щедро посыпаю ужин солью, пока муж со страхом наблюдает за мной. Явно считает сумасшедшей.

Милый, я же не идиотка.

Себе я приготовила всё съедобное.

— Вернёмся к кастрации, — произношу собранное. — Ты за или против? Как думаешь?

— Я… Не понимаю зачем обсуждать это во время ужина, — муж явно начинает злиться. Окончательно расстёгивает воротник, нервничает. — Странный у тебя сюрприз.

— Это была подводка. Ладно, тогда обсудим после. Солнышко, теперь можно.

— Дя?

— Да.

Кира радостно всплёскивает ладошками. Сползает с колен отца и бросается в сторону детской.

Муж наблюдает за всем настороженно. Чувствует, что я что-то знаю? Чёрт. Надо быть аккуратнее.

Но всё же приятно. Пусть теперь постоянно боится! Потому что нельзя ходить налево, оскорблять меня, а потом делать комплименты.

Дочь возвращается быстро, хотя шагает очень медленно. Бережно несёт белоснежного котёнка в руках.

Тот обречённо смотрит на меня, даже не пытаясь вырваться из рук малышки.

Конечно, я сотню раз объяснила дочери, как нужно вести себя с животными. Контролирую это. Но котёнок уже смирился, что его катают на ручках.

— Кот?! — Рома сжимает вилку со всей силы. — Серьёзно, Юль?

— Угу, мальчик, — пожимаю плечами. — Поэтому нам нужно обсудить, что делать с ним. Кастрировать или нет?

— Я предпочитаю вариант не оставлять.

Рома был против животных дома, и мы никогда их не заводили. Слишком много шерсти и проблем.

Но мы с Кирой сегодня гуляли возле птичьего рынка, где продавали различных питомцев. Мне нужно было успокоиться, а дочь радовалась возможности пропустить садик.

И когда мы увидели этот комочек белой шерсти — не смогли пройти мимо. Кира затормозила, не хотела двигаться.