Книга Руны законов Сварога, страница 90 – Юлия Поспешная

По рядам стоящих вокруг воинов пронеслись гыгыкающие смешки. А сидящий у стены Кресибор зло насупился.

— Имена? — настороженно переспросил другой десятник. — А если ты с именами наши жён и матерей какое чародейство поганое учинишь? Как нам узнать не замышляешь ли ты чего?

— Никак, добрый молодец, — игнорируя густую бороду воителя, ответила я. — Придётся поверить мне на слово. Ну и полагайтесь только на свою удачу, выучку и меч. Выбор за вами.

Смельчаков, которые решили, что справятся и своими силами нашлось не много. Из двух десятков всего пятеро. Остальные пятнадцать, пусть и без желания или восторга, назвали мне имена своих матерей и жён.

Дальше воины занялись приготовлениями к опасному походу, а я — изготовлением зачарованных венков, в которые мне нужно было, используя магию имени, вложить чистую искреннюю любовь жены и матерей храбрых воинов. Такое мощное, сильное и чистое чувство, как любовь, против многих видов нечисти было получше всякого заколдованного волхвами или освещённого жрецами серебра. Особенную боль любовь причиняла мертвякам, кровососам и прочей нежити.

Нашему небольшому отряду надлежало добраться до реки Иванки, сжечь мосты, разрушить брод и, в разных местах, засыпать в речку зачарованное серебро. Я уже была в предвкушении реакции всех речных духов и прочих обитателей. Не знаю стоит ли перечислять всех, кто может попытаться нас убить, по-моему, проще назвать тех, кто этого делать не станет — их слишком мало.

Вскоре, весь отряд был готов к выезду. Перед тем, как всадники запрыгнули в седло, я лично надела на шлем или на шею каждому из пятнадцати воинов сплетённый из цветов венок. Последним, кому я надевала венок был Святослав. Он назвал имя некой Доброгневы. На мой вопрос, кем она ему приходится, этот лис ответил, что одна из немногих девушек в его жизни в чьей искренней любви он не сомневался.

— Надеюсь, ты не выдумал свою Доброгневу, — проговорила я, закончив шептать короткий заговор. — Иначе оберег не подействует.

— Доброгнева оставила в моей душе самые светлые чувства и весьма сладкие воспоминания о горячих ночах, — сдержанно улыбнувшись и лукаво сверкнув глазами, ответил Святослав. — Я бы столько всего не выдумал…

Я недовольно поджала губы. Слышать про какую-то девицу, с которой развлекался Ставр мне совершенно не хотелось и вообще было неприятно.

Закончив с заговорами я подошла к своему Блику, которого облачили шанфрон, критнет и пейтраль — пластинчатые доспехи для морды, шеи и груди лошади, соответственно. Сама я тоже была одета точно бравая поленица*, в кольчуге, мужских портах, высоких гибких сапогах с острыми носами и с минсюркой* на голове. Прямо скажем, двигаться во всей этой красоте было крайне неудобно. Не представляю, как мужчины в этом ещё бегать и даже плавать через речку умудряются! Я бы предпочла ехать в своей дублёнке с капюшоном и обычной меховой шапке. Но простая одежда от когтей и клыков упырей не спасёт.

(Поленица — девы-воительницы и богатырши из древних преданий. Название поленица от слова Поляковать — сражаться в поле с богатырями. По мнению историков прототипами полениц могли быть сарматские девы-воительницы, которые были прекрасными лучницами и наездницами. В листвянском княжестве поленицы сражаются наравне с богатырями, прим. автора)