Книга Неоновые росчерки, страница 284 – Юлия Поспешная

Пока ещё он сохраняет остатки вменяемости, пока ещё его сознание и мозг сохраняют относительную возможность функционировать без посттравматических аберраций. Но очень скоро, в ближайшие сутки, его сознание подвергнется кошмарному обсессивно-компульсивному расстройству, которое повлечет за собой невероятное количество конфабуляций и, как следствие, полномасштабные и катастрофические личностные изменения — проще говоря, шизофренические расстройства, которые почти неизлечимы.

У Стаса было мало времени. Пока Михей ещё остается Михеем и его сознание на начало «разлагаться», нужно успеть опросить его.

Поэтому Корнилов не стал деликатничать.

— Михей! — Стас почти вплотную подошел к кровати парня.

Тот вздрогнул и взглянул на Стаса так, словно только что его заметил.

— Я выстрелил ему прямо в живот! Всю обойму! — вытаращив глаза, с перекошенным лицом прошептал Михей. — Всю обойму! Понимаете?! Из «Вереска»! Все тридцать патронов! А он… а он только вздрогнул и… на меня! Понимаете?!

Зрачки Михея нервно метались из стороны в стороны.

— Тридцать пуль, прямо в брюхо! Море кровищи! И ничего! Он живой! Этот здоровяк в светящейся маске, покачиваясь, подошел ко мне и полоснул меня по руке! Я даже магазин не успел сменить!

Его взбудораженный голос истончился и скачущим эхом метался в стенах тесной камеры.

Стас пару секунд смотрел в голубые глаза Михея и отчетливо наблюдал в них бессильное смятение, в сочетании с пробравшимся глубоко в душу червем панического страха.

На памяти Стаса именно такой взгляд, чаще всего, бывает у людей, чудом избежавших гибели.

Смятение, паника, слёзный страх и безмолвная мольба о помощи в глазах.

Только Стас уже ничем не мог помочь Михею.

— Михей, меня зовут подполковник Корнилов, — произнес Стас и подумав добавил, — вы можете звать меня по имени — Стас.

Обычно такая фамильярность недопустима, но в случае с Михеем лучше опустить строгие формальности для создания у парня хотя бы иллюзии уютного чувства защищенности.

— Стас? — переспросил он и нервно сглотнул. — Кто это был, Стас?

— Сперва, опиши, кого ты видел, — предложил Корнилов.

— Кого я видел? — выдохнул Малаховский. — Здоровенных и толстых мужиков в светящихся масках! Вот кого! Они хотели убить меня и я… я стрелял в них! В каждого!!! В одного всю обойму, ***ть, засадил! А ему на**ать!

— Михей, — сохраняя дружелюбное спокойствие, проговорил Стас. — Откуда у вас оружие? Тем более «Вереск»?

Пистолеты-пулеметы СР-2 «Вереск» состояли на вооружении сил специальных операций, спецназа ФСБ и Федеральной службы охраны первых лиц.

Михей несколько раз непонимающе моргнул, сдвинул брови. Стас, на мгновение было подумал, что опоздал — что поврежденный потрясением мозг Малаховского уже не в состоянии анализировать получаемую информацию или формулировать более-менее логичный ответ.

— Я… — Михей прочистил горло и, взволнованно дыша, пробубнил, — я торгую оружием… «Верески» получаю через приятеля… Там много чего ещё…

При других обстоятельствах любой торговец оружием, на месте Михея, и слова бы не сказал. Но Малаховский сейчас был не в состоянии адекватно оценить риски от собственных слов. Да ему сейчас было и неважно, что с ним будет за торговлю оружием. Единственное, что его волновало, Стас в этом не сомневался, — это, возможность гарантированной защиты от Масок.