Книга Красные нити, страница 257 – Юлия Поспешная

— Я не могла по-другому… — проговорила я, чуть вздохнув.

— Знаю, — шепнул он ласково.

Я чувствовала и слышала, как часто и гулко бьется его сердце. Как мне хотелось забрать хотя бы часть его страха за друга. Мне бы очень хотелось, чтобы он разделил со мной все, что сейчас испытывает, чтобы это не терзало только его одного.

По больничному коридору зазвучали быстрые гулкие шаги. Я взглянула в сторону этих звуков и увидела спешно шагающих троих полицейских.

У меня в груди тревожно екнуло сердце, я почувствовала нечто схожее с тем, что мы обычно ощущаем, когда видим внезапные грозовые тучи на горизонте — тревожность и неприятное волнение.

Полицейские подошли прямо к нам, и остановились.

Мирон отпустил меня, и я медленно отстранилась.

Один из полицейских, по виду самый главный, выступил вперёд и грубо спросил Мирона:

— Ты Мирон? Зубатый?

— Да, — осторожно ответил мой парень. — А что…

— Собирайся, поедешь с нами, — сказал полицейский, у которого на каждом плече было по одной звёздочке.

— А в чём дело? — возмутился Мирон.

Я переводила встревоженный взгляд с Зубатого на стоящего перед ним полицейского.

Тот поджал губы.

— Мы получили устные свидетельства, что ты участвовал в массовой драке и попытался зарезать Леонида Комарова.

— Что?! — повысил голос, разозлившийся в миг Мирон. — Вы чё охренели?! Он мой друг!

— Ты голос сбавь, пацан! — рявкнул на него полицейский.

— Извините, пожалуйста, — попыталась встрять я, — но то, что Мирон и Леонид были лучшие друзья подтвердит, кто угодно.

— Лучшие друзья нередко становятся злейшими врагами, — не глядя на меня, ответил полицейский.

Он приблизился к Мирону, прожигая его глазами.

— Поехали, парень. И давай без глупостей.

Я открыла было рот, чтобы сказать, что они не могут вот так чьему-то навету приезжать и забирать людей, но полицейский жестко осадил меня:

— А ты заткнись, и не лезь.

— Не смейте с ней так разговаривать, — прорычал Мирон.

— Тогда поехали с нами и избавишь свою девчонку от моего общества, — произнес полицейский со звездами на плечах.

Зубатый поджал губы и оглянулся на меня.

— Всё в порядке, принцесса.

Я в испуге глядела на него и не могла поверить в происходящее.

Стоя посреди коридора больницы, я обескураженно взирала на то, как трое сотрудников полиции уводя от меня Мирона. И мне казалось, что по мере того, как он уходит всё дальше, свет вокруг меня тускнеет и меркнет. Я должна была что-то сделать, но я понятия не имела что! Всё, что я могла это бессильно в ошеломлении смотреть, как его уводят.

Когда Мирон, в сопровождении полицейских подошел к дверям в конце коридора, он вдруг обернулся. У меня замерло сердце, когда я перехватила его взгляд. Зубатый обнадеживающе с показательной самоуверенностью усмехнулся мне и вместе с полицейскими.

Он скрылся за дверями, а его улыбка ещё долго сияла перед глазами. Это как в жаркий солнечный день взглянуть на солнце, а потом закрыть глаза и продолжать видеть слабеющий огонёк света.

Но, он всё равно неумолимо исчезнет.

За моей спиной кто-то, с нескрываемым ехидством, прокашлялся.

Я, слёзно всхлипнув, обернулась и увидела стоящего у стены Евсея Карабанова. Он, сложив руки на груди, опёрся плечом на стену и насмешливо качая головой, смотрел вслед Мирону.

— Какая досада, — даже не пытаясь скрыть издёвки в своём голосе, с притворным вздохом проговорил Карабанов. — Такой молодой… блестящий ученик в колледже МЧС и, почти что, восходящая звезда баскетбола… И вот арестован за покушение на убийство собственного друга. Ай-яй-яй…