Книга Красные нити, страница 283 – Юлия Поспешная

Его появление повергло меня в лёгкий шок, но это чувство тут же сменилось мощным приливом радостного чувства.

Я была счастлива просто видеть его и знать, что он рядом, передо мной! Я испытывала всплеск теплых и позитивных эмоций, внезапно осознавая, что просто могу коснуться Стаса и просто обнять его.

Я сорвалась с места, бегом бросилась к нему. Корнилов ринулся ко мне навстречу, на ходу раскрыл руки.

Мгновение, он решительно и порывисто движется ко мне. Мгновение, и я упала ему на грудь и тут же почувствовала, как сильные руки Корнилова от души, крепко, с чувством прижимают меня к нему.

И в этот миг я поняла, что ничего не желала так сильно в последние несколько часов, как просто того, чтобы Стас меня обнял. Просто обнял и прижал к себе, как он это умеет.

Я почувствовала ладонь Стаса на своем затылке. Его пальцы зарылись в мои волосы.

— Господи… Ника… что ж ты вытворяешь!.. — выразительно прошептал Корнилов.

Его шепчущий голос проворным и ласковым зверьком скользнул в мои волосы, шустро и ласково обвил шею, затем перебрался на другое плечо и там свернулся в тёплый клубок.

По голосу я слышала, что Корнилов был одновременно напуган и, в то же время, испытывал невероятное облегчение.

А я снова почувствовала приступ вины за свой безответственный поступок, из-за которого Стас вынужден был испытывать бессильный страх. Омерзительное чувство, которое делало его слабым и беспомощным в его же глазах. Чувство вины хищными когтями болезненно поцарапало меня где-то глубоко внутри.

Я сжала в кулаках лацканы пиджака Стаса.

— Прости пожалуйста… — прошептала я в его грудь.

— Всё в порядке, — произнес он и попросил, — не извиняйся.

Он погладил меня по волосам, и я сильнее прижалась к его груди.

* * *

Спустя, примерно, минут семь я сидела в кабинете особой оперативно-следственной группы УГРО и в хронологическом порядке пересказывала последние двадцать четыре часа из своей жизни.

Разумеется, я не стала рассказывать о том, что Карабанов заставил меня раздеться перед ним.

Во-первых, я не хочу это вспоминать и, тем более, чтобы об этом знал кто-то ещё. Возможно, я расскажу об этом Стасу и Лере, но не более того.

Во-вторых, я боялась, что Стас или неукротимый Сеня, могут потерять контроль над собой и наделать глупостей, которые, с одной стороны обернутся большими проблемами, а с другой никак не изменят того, что случилось.

Мне выдали женскую униформу полиции, которая довольно неплохо на мне сидела, хоть и была немного великовата, и шерстяной уютный плед, которым я с благодарностью укрылась. Мои голые ступни находились в тазу с горячей водой, а ладони приятно грела чашка с горячим шоколадом.

В кабинете собралась вся команда: Стас, Коля, Сеня (у которого были свежие ссадины на лице), Бронислав и, конечно, сам Антон Спиридонович.

Мужчины слушали меня с различным выражением на лицах. Стас сдержанно и сосредоточенно. Коля с немым изумлением, Сеня с ужасом, а Бронислав с сочувствием и легкой ухмылкой на лице. Аспирин же выглядел мрачно и угрожающе, и в его сторону я вообще старалась не смотреть.

Когда я закончила, потрясенными выглядели все. Полицейские с неловким видом обменялись взглядами.

— Ника, — вдруг произнёс Бронислав, — а эти люди, которые стреляли в тебя и Карабанова, ты могла бы узнать их?