Книга Монохромный человек, страница 160 – Юлия Поспешная

-Пожалуйста, идите за мной.-попросила женщина.-Меня зовут Лариса. Не желаете к чаю пирожные или торт?

-Нет, благодарим.-отозвался Стас.

-Может быть кто-то из вас предпочтет кофе? Или…

Он оглянулась на меня.

-Апельсиновый сок.

-Нет, благодарю.-робко ответила я.-Вы очень добры.

Женщина одарила меня улыбкой.

Но улыбка вышла опечаленной.

Что-то тяготило эту женщину. Что-то поселило тягостную грусть в её глазах. Её лицо явно привыкло быть опечаленным, уставшим, и заплаканным.

И каждая добрая улыбка давалась ей с заметным трудом.

Я чуть шагнула вперёд, чуть приблизилась, глядя на её спину.

Её воспоминание не замедлило окутать мое сознание.

…Стул на кухне с грохотом ударился об стул.

-Я тебе сколько раз говорил, не сметь трогать мои работы! А?! Говорил?! Я тебе говорил! Говорил!

-Платон я не…-Лариса не успела договорить.

Он ударил её по щеке.

Она вскрикнула, пошатнулась.

Он ударил снова. Женщина упала на пол.

-Платон…-рыдая проговорила она-Стой… стой… пожалуйста…

-Не смей трогать мои вещи!-процедил с оскаленным лицом Плансон.

С этими словами он с остервенением наступил каблуком на её левую руку и с ожесточением повернул.

Раздался влажный хруст.

Лицо Ларисы исказила боль, из груди вырвался крик мучительной боли.

Воспоминание прервалось.

-Ника…

Я стояла в коридоре, часто моргая и взволнованно глядя перед собой.

Все смотрели на меня.

Я отстала от них, оставшись стоять в проходе перед кухней.

Коля вернулся ко мне.

-Ты чего?..-спросил он и подойдя ближе, шепнул.-Ты что то увидела?

Я кивнула.

-Он бил её… И… Он…

-Ладно, пошли. Потом расскажешь мне и Стасу.-сказал Домбровский приобняв меня за плечи.

Я пошла с ним.

Мы вошли на кухню.

Стас стоял возле окна.

Лариса разливала в чашки чай.

-Разрешите предложить вам круасаны?-проговорила она и снова улыбнулась.

Улыбка вышла трудной, вынужденной, фальшивой.

Эта женщина прилагала серьёзные усилия чтобы улыбаться.

Чтобы через силу растягивать непослушный рот в вежливой и добродушной улыбке.

-Я буду только чай.-покачал головой Стас.

-Да, я тоже.-кивнул Коля.

Взгляд женщины обратился ко мне.

И я быстро кивнула.

-Чай… без сахара, если можно.

При этом я не удержалась и опустила взгляд на её левую руку.

Ту самую, на которую наступил в моем видении взбешенный Платон.

Лариса перехватила мой взгляд, торопливо накрыла левую руку, правой.

Но я успела разглядеть её пальцы. Они были другими.

Искривленными, словно погнутыми. Похожими на короткие, мелкие ветки какого-то корня.

Кости пальцев явно неправильно срослись, изуродовав руку женщины.

Я отвела взор, встала рядом с Колей и Стасом.

Лариса наливала в чашки чай. Кухню заполнял влажный, горячий запах чёрного «Гринфилда».

Я взглянула на Стаса. Корнилов о чем-то сосредоточенно рассуждал.

Коля украдкой следил за действиями Ларисы.

Кажется, он тоже заметил, что её с левой рукой что-то не так.

Я тронула его за локоть. Он взглянул на меня.

Я выразительным взглядом показала, чтобы он не пялился на искалеченную руку Ларисы.

Её и так терзает чувство стыда за свой внешний изъян, зачем заставлять её страдать ещё больше? Бедная женщина и так старается лишний раз не показывать левую руку!

Все время норовит спрятать её за спину или накрыть правой рукой.

Нужно обязательно рассказать Стасу о том, что я видела.