Книга Монохромный человек, страница 164 – Юлия Поспешная

Я видела, как она смотрит на своего малыша.

Сколько честной, искренней и безграничной любви сияло в её глазах.

Не смотря на то… от кого и в результате каких обстоятельств появился на свет этот ребенок.

Зоя окружала малыша настоящей, нежной и теплой любовью.

Любовью, на которую способна только мать.

Я сглотнула комок, распиравший горло.

И оглянулась на Ларису.

СТАНИСЛАВ КОРНИЛОВ

Среда, 12 августа. События, происходившие после того, как Ника закрыла дверь за Стасом и Колей.

Стас увидел яркий белесый свет на ступенях внизу.

Он двумя полосками пересекал лестницу.

Они услышали голос Плансона.

-Вот так! Да! Крас-савица!... Отлично… Да, да, да! Покажи мне эмоции! Да! Вот так! Вот так! Отлично! Ты шедевр, детка! Теперь покажи мне печаль… Смертную печаль! Покажи, что ты испытываешь такую боль, что не в силах вынести её! Вот так…

Стас и Коля спустились вниз.

Они оказались в просторном, открытом помещении подвального типа.

И первое, что им бросилось в глаза это застывшие в разных позах манекены.

Безликие. Топорно копирующие людей.

Они были выкрашены в черный и белый. Их лица, плечи, руки, спины отливали расползающимися тусклыми бликами.

Их было много. Около полусотни или больше.

-Мать его…-выдохнул Коля.-Стас да это же…

-Тихо.-одернул его Корнилов.

Но увиденное поразило и его.

Он обратил внимание на стены в помещение.

На белых стенах «летели» стаи черных птиц и мотыльков.

Пугающую футуристическую обстановку разбавлял только всякий хлам сгруженный у стены слева и старая стиральная машина, возле которой стояли два бежевые манекена в каких-то лохмотьях.

Стас оглядел безликие, одинаковые лица манекенов.

Из-за того, что у них не было ни глаз, ни ртов, ни бровей ничего… Ему казалось, что у них у всех, на их пластмассовых лицах застыло одинаковое выражение.

Выжидание. Они как будто смотрели без глаз, и улыбались без губ и рта. Они как будто с насмешкой ждали, что будет дальше, что он предпримет. Что сможет противопоставить.

Коля прошел вперёд. Стас тихо ринулся за ним.

Ни Платон, ни девушка, которую он фотографировал не замечали их.

В центре, где горели прожекторы и стояли фото-зонты на вычурном диване иссиня-чёрного цвета, сидели две девушки.

Коля за спиной Стаса подавился, прижал кулак к губам.

Стас не мог отвести взгляд от девушек.

Они были голыми. Обе. Совершенно обнаженными.

И их волосы были чёрными. Их губы, ногти на руках и ногах отливали черным.

Ужасающий мрак чернел в их глазах и черным были выкрашены даже соски.

И последнее отчасти потрясло Стаса.

В такой любви к черно-белому, явно чувствовалась иная страсть, чем просто фанатичное обожание.

Всё эта черно-белая вакханалия приобретала очевидный сексуальный подтекст.

А именно такой подтекст носят большинство серийных убийств.

Тут Плансон обернулся на них и лицо его перекосило от яростных эмоций.

-Эй! Кто вам разрешал сюда спускаться? Какого чёрта?! Эй!

-Что здесь происходит?-спросил Стас и ринулся вперёд.

Коля подошел к девушкам.

-Дамы вам лучше уйти.-произнес он им.

Домбровский проводил растерянных девушек к выходу.

-А кто нам заплатит?-спросила одна из них.

-Вы сможете потребовать плату за услуги, позже.-заверил их Николай.

-Никуда они не пойдут! Я ещё не закончил!..-Плансон ринулся было к Коле.

Но Корнилов загородил ему дорогу.