Онлайн книга «Монохромный человек»
|
Отчасти он прав. Мне и правда не легко, а иногда и вовсе действительно тяжело справляться с тем, что я вижу. Но, как я уже говорила, если бы я и не вмешивалась в следствия УГРО, лучше бы мне от этого не стало. Скорее все было бы ещё хуже. -Стас.-я тронула его за руку.-Всё со мной хорошо… Правда. Пойдем. -Куда?-не понял Корнилов. -Разговаривать с Таисией.-пожала я плечами. -Ника это… -Стас, поверь мне, после того, что я увидела в её сознании…-я покачала головой.-Сейчас меня мало, что впечатлит. А между тем я могу увидеть и узнать что-то важное. Корнилов вздохнул. -Если она в конец не свихнулась и что-то помнит. -Помнит.-уверенно ответила я.-Должна помнить. ПЛАТОН ПЛАНСОН Воскресение, 21 августа. Ранее утро, перед рассветом. Ему не спалось всю ночь. Беспокойные мысли одолевали и мучили его. Беспорядочные, хаотичные и пугающие размышления наполняли разум страхом. И он не столько боялся сесть за решетку, за то, что делал со своей племянницей. Это была его наименьшая проблема. И ему удасться её решить, стоит ему только добраться до Ларисы и её дочери. А вот статья Каменева… Этот придурок-журналист даже не представляет каких серьёзных людей он задел! Он выставил всеобщее посмешище и позор жен влиятельных и богатых людей. Он нанёс им тяжелейшее прилюдное оскорбление! Унизил их и опорочил их жен! Каким же надо быть конченным на всю голову, чтобы решится на такое!.. Таким людям нельзя даже кривое слово поперёк сказать, а тут… Кретин!.. Придурок! Самоубийца!!! Другими словами, Касьяна Каменева просто не назвать! Они ведь не простят такого. И от их мести, его никто не защитит. И его Платона, тоже. Ведь ладно бы Каменев рисковал только своей жизнью! Люди, чьих жен «ославил» Каменев прекрасно знают у кого Каменев мог достать снимки. Только у него. У Платона. И им плевать, что Каменев их украл. Что Платон невиноват. Его захотят наказать. И эта устрашающая мысль пленяла всё сознание Плансона. Платон буквально обрастал изнутри черствой, гнилостной плесенью пропитывающего душу ужаса. Ужаса перед неизбежной расправой. Мысли о том, что его наверняка захотят убить лихорадили кровь, затмевали рассудок, мешали дышать, спать и есть. Платон уже трижды пожалел, что согласился снимать извращенные развлечения развращенных женщин влиятельных господ. Да они посулили ему большие бабки. Правда большие. Хватило на покупку Эскалейда с уникальной комплектацией. Ещё бы! Эту тачку недавно снимали в одном из последних боевиков! Сколько счастья у него было, когда он её приобрел. Ни у кого в Москве и в России такой нет. А теперь… Теперь эти же люди могут его убить. Платон зажмурился, и в сотый раз перевернулся на другой бок. С невероятным усилием, беспокойно содрогаясь он все же смог задремать… Но, тут же резкий, настойчивый импульс врезался в его сознание. Участился пульс, возросло сердцебиение. Стало трудно дышать. Платон медленно сел в кровати. Уставился в окно. Там темнели сумерки раннего утра. Плансон, чувствуя удары сердца в ушах, тщательно, затаив дыхание вслушивался в тишину. В частной психиатрической клинике сейчас была почти идеальная тишина. Только откуда-то издалека доносились смутные, не различимые звуки. Вкрадчивый скрип. Шорох. Щелчок. Платон порывисто оглянулся. Сердце подскочило до горла, и застряло в трахее. |