Книга Обнаженные розы, страница 176 – Юлия Поспешная

-Потому, что она любила тебя.-мягко и проникновенно сказала я.

Он снова всхлипнул. Кивнул. Вытер нос.

-Любила.-Демидов покивал головой и снова прошептал.-Любила... И я... Я...

Он запнулся, сделал трудный глоток. С его губы сорвалось страдальческое, дрожащее дыхание.

-Я тоже любил... Я любил её.... Любил... Боже... Боже, я... я так её любил!.. Я...

Я уже поняла, что хотя его любовь была искренней и честной, он любил Дашу по-другому. Не так, как положено брату.

И именно поэтому он ненавидит её мужа и её дочь. И именно поэтому он так взбесился, что мы не спасли её.

Я выждала несколько мгновений.

-Если ты так любил её.-проговорила я осторожно, ласково.-Почему ты не хочешь любить память о ней?

Он взглянул на меня. Кожа вокруг его глаз покраснела. Глаза были влажными, безумными. Он смотрел растерянно и некой надеждой.

-Память?-шепнул он с дрожью.-Что ты... Что ты имеешь ввиду?

Я нервно сглотнула и проговорила:

-Ты не хочешь ценить её жертвы... ради той, кто для неё была дороже всего в жизни. Почему? Ты же любишь её не как брат сестру, ты... Ты желал её... Так ведь?

Его лицо отвердело.

-Да.-проговорил он жестко.-Желал. Да. Желал. Да.

Он несколько секунд сидел, цедил слова, с паузами. И едва заметно покачивался из стороны в сторону.

-Она знала об этом. Догадывалась. Но я никогда... Только раз...

Он зло усмехнулся.

-Я попробовал... Я... Я поцеловал её... Я...

-Она отвергла тебя?-спросила я сочувственно.

Он нервно кивнул. Снова вытер глаза.

Он вздохнул и вдруг встал. Спрятав пистолет за пояс, он отодвинул шкаф в сторону и прислонившись к двери сказал:

-Эй... Корнилов!

-Да?

-Я выхожу...-тут он навел пистолет на меня.-Мы выходим.

Четверг, 19 июня

Стас отошел от двери. Свой револьвер он положил на пол, на самое видное место.

И, когда дверь начала открываться, поднял ладони и сделал три больших шага назад.

-Давай.-услышал он.-Иди...

-Я не могу! Мне больно!-Стас услышал голос Ники.

-Шевелись!

Он вытолкал её первой. Стас встретился с ней взглядом.

Чуть улыбнулся. Затем увидел кровь в уголке её рта.

Корнилов почувствовал прилив злости, но тут же подавил его.

Он ободряюще подмигнул Нике.

Лазовская выглядела раздраженной, но запуганной.

Её одновременно бесила, злила и пугала вся происходящая ситуация.

Но, девчонка держалась хорошо. Даром, что совсем дитё.

В конце концов, подумал Стас, пистолетом в неё тычат тоже не в первый раз.

Следом за Никой вышел он. Брат Даши Зориной. Александр.

Глядя в его покрасневшие глаза, трясущиеся губы и подрагивающие руки, Стас понял, что ситуация куда хуже, чем обычно.

Брат Зориной в данный момент лишь частично сохранял вменяемость.

Объяснялось, почему Ника и зла, и напугана.

Она может видеть его воспоминания.

Но не знает, как использовать их. Обычно ей требовалось обсудить приятные моменты из жизни преступника (или свидетеля) с ним самим, и проявить сочувствие. И человек готов выложить все, что знал или сдаться полиции.

Не всегда, но достаточно часто.

А тут Ника видимо попробовала его уговорить, но получила по зубам.

Стас успел подумать, что возможно именно это её и разозлило.

Лазовская добрая, правда очень добрая, жалостливая и искренняя девочка.

Но она не терпит, когда её унижают или задевают её гордость.

Близким она простит почти всё, но чужаки, посмевшие её ударить, могут дорого за это заплатить.