Книга Обнаженные розы, страница 212 – Юлия Поспешная

-Разве это важно?-спросила я в свою очередь, глядя в окно на городской пейзаж Москвы.

-Большинство людей, после череды добрых поступков, начинают считать, что им обязаны.-выждав небольшую паузу, как бы невзначай заметил Коля.

Я отвлеклась от созерцания городского пейзажа, посмотрела на Домбровского в зеркало заднего вида.

-Неужели?-с вежливым любопытством и доброй улыбкой спросила я.

-Да,-Коля чуть смущенно прокашлялся.-Я знал таких людей. Создавалось впечатление, что они совершают добрые дела, скорее для себя, а не для других.

-Да.-согласилась я.-Так и есть.

-А ты?-спросил Коля, снова выждав паузу.

Я задумалась. Действительно. Что мною движет в действительности, когда я хочу кому-то помочь?

-Отчасти... Я тоже отношусь к таким людям.-сказала я задумчиво.-Я не превозношу собственные поступки, потому, что считаю их нормой, а не чем-то выдающимся. Но... Я не буду отрицать, что делаю это, в том числе, и чтобы меня не грызла совесть. Так, что в этом смысле я тоже если и делаю добро, то отчасти ради себя.

Домбровский со мной не согласился.

-Совесть и собственное самомнение не одно и тоже, Ника.

-Конечно.-я пожала плечами.-Но это только причины, Коля. А суть то, всё равно одна и та же.

Домбровский хотел было мне возразить, но передумал.

-Чёрт возьми, Ника.-хмыкнул он.-Чем старше ты становишься, тем сложнее становиться с тобой спорить. Иногда, в разговоре, мне кажется, что тебе не четырнадцать, а все... двадцать или даже двадцать пять.

Я лишь скупо усмехнулась.

Кое-какие психологические тесты, которые я проходила в интернете, показали мне, что мой так называемый психологический возраст варьируется от двадцати до двадцати трёх лет. Как-то так.

Но, Коле я об этом говорить не стала. Это выглядело бы, как хвастовство, и притом нелепое.

И потом, это просто дурацкие тесты, а результаты вообще могут быть какие-то рандомные.

Я просто тихо радовалась, что возможно мне удалось предотвратить семейную катастрофу Логиновых.

Я не обольщалась на свой счёт и понимала, что мне дико повезло, что Лерка, хоть и вспыльчивая, и заводиться с пол оборота, на деле очень отходчивая, совестливая и жалостливая.

Надеюсь Лера и её отчим найдут в себе силы извиниться друг перед другом.

Четверг, 19 июня

Он разрывался между желанием скорее выехать по адресу, где живёт или жил Ипполит Збруев, и необходимостью трудного разговора с женой.

И сейчас Корнилов буквально находился на своеобразном распутье.

Ему, уже в который раз, предстояло сделать мучительный выбор.

Между семьёй и работой. Между ответственностью и долгом.

И вроде бы ничего фатального не произойдёт, если он откажется от первого, в пользу второго, или наоборот.

Но...

Если он сейчас не поедет по адресу Збруева, следствие потеряет время. Он потеряет время. А ведь Романтик вряд ли сидит сложа руки.

Можно с уверенностью сказать, что он как минимум замышляет новое убийство. А возможно и вправду всерьёз размышляет над местью.

И тут даже не день или час, а важна каждая минута, пока он на свободе и пока способен представлять опасность.

Корнилов очень явно ощущал мощное, неудержимое стремление идти по следу, иди за Романтиком, не останавливаться, искать, приближаться, преследовать, догонять... Затягивать петлю поиска и следствия, готовиться к решительному рывку.