Книга Обнаженные розы, страница 93 – Юлия Поспешная

Я никогда прежде не видела, чтобы она смотрела на меня так.

И никогда не ожидала, что она может толкнуть или ударить.

Я сглотнула комок в горле. Я тихо плакала, давясь слезами.

За спиной послышались приближающиеся шаги.

Я обернулась. Ко мне подошла Оля.

Она несколько секунд стояла возле меня, смотрела мне в глаза.

-Не смей приходить ко мне на день рождения.-процедила она.-Поняла? Всё!

И поправив сумку на плече, злобно добавила:

-Свинья!

-Оля...-всхлипнула я, глядя ей в след.

Слова обеих подруг были подобны ударам хлыста по мокрой, смазанной солью спине.

Хлесткие. Болезненные. Впивающиеся в плоть и душу. Беспощадно вырывающие брызги крови.

У меня было состояние близкое к тому, чтобы упасть на колени просто разрыдаться.

Долго. Мучительно. С болью и гневом на себя.

В голове в такт с пульсом конвульсивно билась мысль:

«Что я натворила?!».

Теперь Леркины фотки могут оказаться в сети в любой момент. Да и других девчонок.

Господи... я же не этого хотела! Только... Только, чтобы тот подонок сел! И понёс наказание за то, что делал!

Я зашла в туалет одного из ресторанов ТРЦ.

Посмотрела себя в зеркало.

Здесь я ещё около получаса давилась в безутешных рыданиях.

Я не могла остановиться.

Это была истерика. Я всхлипывала, судорожно вздыхала, глотала слёзы и представляла, что теперь может произойти.

Я корила себя. Мысленно ругала. Чувство стыда перед Леркой острыми шипами врезалось под кожу сознания.

Я не знаю, сколько я так просидела. Сколько времени провела, оплакивая свой проступок и Леркины слова.

Сколько времени мне потребовалось, чтобы собраться с силами и пережить, то, что произошло.

Мне пришлось приложить усилия, чтобы успокоиться.

Чтобы просто перестать плакать.

Я глубоко, тяжело вздохнуло. Мое дыхание оставалось дрожащим, нервным.

Я убрала от глаз ватные диски. Скомкала. Выбросила в мусорку.

Достала новые. Промокнула смывкой.

В который раз я порадовалась, что всегда ношу с собой минимум необходимых вещей.

Кроме косметики у меня всегда ещё набор пластырей и антисептик спрей. На всякий случай.

На правом локте у меня теперь краснела ссадина от падения. Так, что антисептик был кстати.

Ватными дисками я смыла остатки размазавшейся туши вокруг глаз.

Вздохнула, глядя на себя зеркало.

Зашибись, денёк!

Я оперлась руками о край раковины. Снова вздохнула.

Пару раз мы уже ссорились с Леркой. Не сильно. И в основном из-за учебы. Да и то, в те раз я всегда оказывалась права, и Логинова потом извинялась.

Но она никогда меня трогала. Кричать могла. Но никогда не поднимала на меня руку.

Лерка вообще свои эмоции плохо контролирует.

М-да... сказала зареванная блондинка.

Я невесело усмехнулась себе в зеркало.

Домой ехать вот такой заплаканной мне не хотелось абсолютно.

Не хотелось, чтобы на меня глазели люди в метро или в автобусе.

Не хотелось, чтобы потом дядя Сигизмунд допытывался, что у меня случилось.

Поэтому, думаю, вряд ли кто меня осудит, за то, что я купила билет в кино, на ближайший сеанс.

И два часа провела, думая о проблемах и параллельно наблюдая развитие сюжета тупейшего боевика.

Про храброго американца и плохих русских.

Дождутся, они, когда ни будь, что их народ будет бояться русских больше, чем гребаного зомби апокалипсиса или нашествия пришельцев.

Идеологическое оружие с обратным эффектом.