Книга Грецкий орешек, страница 11 – Ната Вади

Мы слегка поугорали и снова начали переписываться. И история с незакрытым гештальтом стала какой-то новой фишкой с моей стороны в нашем общении: периодически возвращался к этой теме, а Натали просто отшучивалась, не более. Я кажется, сделал пару попыток куда-то ее позвать, но естественно, получил отказ. Виделся с ней за этот четвертый курс раза три, не более. У нас произошел в компании небольшой раскол, пара ребят отцепились. У Севы появились терки с Юлькой, это я только потом узнал, что все произошло на фоне ревности к тому, что у Пуртовой появился парень. И она перестала быть своей в доску. Короче, не лучшие времена были в этом плане.

Да и в семье тоже: дед вообще отрезал меня от денег. Еще и пытался ограничить мое общение с братом. Я же старика только посылал и клал болт на его придурства и запреты. Потихоньку работал, рисовал сайты, потом пошел дальше, и деньги у меня водились в общем-то. Пару раз встречался с девчонками, но дальше месяца у нас ни с кем не выходило.

Наше с Натали общение снова начало сходить на нет уже весной. Как-то само собой, не было никаких особых триггеров. Только мне казалось, что я ее чем-то бесил. На уровне ощущений каких-то. Сообщения становились короче, а паузы длиннее.

Последний раз тогда она мне написала летом, а я, как придурок, вглядывался в ее аву, где она обнималась с каким-то парнем.

Позже узнал от Юльки, что там снова какая-то прям любовь-морковь. Просто поинтересовался, как там Натали поживает, а подруга посмотрела на меня с таким сочувствием, что я аж взбесился. Говорила, что в этот раз все точно серьезно. Что там вообще чувак из органов, немного постарше, надежный, отец у него какой-то там главный. Я слушал и чувствовал, как внутри разрастается холодная пустота. Тогда мелькнула мысль: может быть, Натали деньги всегда и интересовали? А я просто не догонял. Не распространялся особо про деда, ведь фамилии у нас разные. Хотя Юлька стопудово ей наплела про то, чей я внук. Так что хер знает.

На пятом курсе я уже работал, оформил в универе свободное посещение. А ещё внезапно появилась огромная возможность доучиться в Канаде и получить там работу. Я об этом никому, естественно, не рассказывал. Мало ли что. Если дед прознает, то мне из страны не выехать с его-то связями. Поэтому молчал в тряпочку. Но внутри уже все бурлило от предвкушения свободы.

В декабре Юлька выходила замуж за своего Илью. Вот уж не думал, что она так рано станет чьей-то женой. Но любовь, как говорится, такая штука. Компашка наша еще больше поредела, отщепились Леха с Маринкой. Их на торжество не позвали. Севу, понятное дело, тоже. А вот я оказался в числе приглашенных.

В итоге в день свадьбы я был на конференции и обещал Юльке приехать к торту. Слово дал. Она смилостивилась и даже не стала на меня обижаться. Понимал, что встречу там Наташку с ее плюс один. Не знал уже, как к этому относиться. Казалось, что когда я увижу все это вживую, меня, скорее всего, вывернет. Еще и Севка, как маленький, обиделся на меня за то, что я принял приглашение от Юльки. Мы даже посрались на этой почве.

В итоге я приехал на торжество, конечно, сразу, как вернулся в Новосиб. Юлька мне была дороже моей возможной ревности. Пришел уже к моменту продажи первого куска торта. И оказалось, что я сижу за столом ровно с Наташкой.