Книга Хрупкое сердце, страница 37 – Янина Логвин

— И свадьба любимого сына не раньше, чем через десять лет.

— Да к черту, Алиса! Я сам буду решать, слышишь?

Трудно девчонке в девятнадцать лет объяснить парню в его восемнадцать, что в жизни все намного сложнее, чем кажется. Сейчас я и сама не знаю, чего же хочу от завтра. Легче отвечать на поцелуи Руслана и ни о чем не думать…

Совсем… Совершенно…

— Я люблю тебя, Снег.

Глава 8

Мы уснули под утро, а когда просыпаемся, и я вижу время на настенных часах, то первая сажусь в постели, выбираясь из объятий Руслана.

— О, господи! Уже почти двенадцать дня! – изумляюсь, отводя от лица спутанные волосы. – Мне пора!

— Снег, ты куда? – хриплым от сна голосом бормочет Руслан и снова ловит меня за талию, притягивая к себе. – Еще рано. Полежи со мной.

— Рано? Ничего себе, день на дворе! – я снова выпутываюсь из рук парня, но сделать это совсем не просто. – Руслан, отпусти. Я обещала родителям приехать на дачу к четырем часам, привезти фрукты и помочь приготовить ужин. Сегодня же вечером Новый год, а я еще даже не дома!

Шторы в спальне не задернуты полностью, и день хорошо освещает комнату, но смущаться некогда, когда я отбрасываю край одеяла и нахожу в ногах свои бикини. Надев их, перебираюсь через ноги парня и одеваюсь. Наверняка так же поспешно, как одевались в этой же спальне другие девчонки.

Руслан садится в кровати и проводит руками по лицу. Отбросив со лба челку, надевает боксеры, а за ними штаны.

— Вот, держи, – подает мне колготки, которые я тщетно пытаюсь найти, надев верхнюю часть белья.

— Ой, спасибо.

— Алиса? Все хорошо? – спрашивает немного растерянно, заметив на моей светлой коже следы от его поцелуев.

Похоже, ночью мы слегка увлеклись поиском эрогенных зон, и я тоже на секунду замираю, увидев свое отражение в зеркале раздвижного шкафа.

— Да, все в порядке. Но, кажется, лучше закрыть шею, чтобы родители не увидели. Неудобно как-то.

— Я дам тебе свой шарф.

— Я верну!

— Да не нужно…

Руслан тоже встает и натягивает на себя футболку. Помогает мне застегнуть юбку на талии, хотя я его об этом не прошу.

— Ты не голодна, Алиса? Я – как волк! – признается. – Хочешь, сделаю горячий латте? Я знаю, ты любишь, а у нас не кофе-машина, а зверь! Твоего брата за уши не оттянешь, когда он здесь бывает! Хочешь?

— Нет, спасибо, Руслан. Я лучше пойду!

Я надеваю пуловер, приглаживаю волосы и выхожу из спальни в прихожую. Марджанов тоже идет за мной. Смотрит, как я одеваюсь, подает шарф и следом сам натягивает кроссовки и куртку.

— Тебе не обязательно меня провожать, – говорю я, понимая, что он собрался идти на улицу. – Сейчас день, и я найду дорогу. Здесь близко!

— Нет, я провожу!

Ночью было легче быть собой. Даже при свете лампы на кухне ночью было проще разговаривать, а сейчас мы молчим. Нет, не смущаемся, особенно Руслан, просто память вернула осмысленную яркость событиям, вспомнился Рыбкин, вчерашний вечер, гардеробная, и сейчас немного неловко смотреть на парня в лифте и на улице, помня, что мы с ним делали, и что он говорил.

А о чем он думает, я не знаю.

До моего дома всего пара остановок или двадцать минут пешком, но мы оба без шапок, а снега за ночь на улицах значительно прибавилось, поэтому мы едем на автобусе и вместе идем к дому.

— Может, уже пойдешь? – спрашиваю я, когда до подъезда остается каких-то десять шагов, и ясно, что со мной ничего не случится. – Я почти пришла.