Книга Хрупкое сердце, страница 62 – Янина Логвин

Мне не интересно ни первое, ни второе. И девушка тоже, поэтому ответить получается сухо и раздраженно.

— Алина, возвращайся к подруге. Ничего не происходит. Считай, что общий вечер для нас закончился. Найди себе кого-нибудь другого для компании. Я занят!

— Ты серьезно?

— Еще как.

Мне не приходится снимать с себя руку девушки, она отпускает меня сама, отпрянув и сердито поджав губы.

— Да пошел ты, Марджанов…

— Просто уйди.

Но она тут же шагает назад.

— Руслан!

Черт! Вот почему я терпеть не могу отношения больше двух-трех встреч, из-за таких вот невнятных сцен. Когда вроде ничего не должен, а чувствуешь себя последним дерьмом. Особенно, когда приходится приводить подруг в чувство.

Я бы и сейчас это сделал, если бы не момент, совсем не подходящий для ссоры, и обстановка.

Я беру девушку под спину и отвожу к дальнему ряду стульев, где уже сидят Сергей и Лариса. Сам сажусь возле Хмельницкого, не собираясь другу ничего объяснять – благо Хмель давно меня знает и вопросов не задает. Сижу напряженно, ощущая, как каменеют плечи.

Кошельки из первых рядов ценят свое время, и самые дорогие лоты распродаются первыми. Я не слышу ни самих торгов, ни озвученных сумм. Я только вижу, как встает Снежная и идет к выходу.

Сам тут же встаю и направляюсь за ней следом, не спеша догнать. Впитываю взглядом каждое движение ее тела, вспоминая походку, фигуру и удивительный цвет волос… Чувствуя, как тоска грызет душу от понимания, что скучал.

Она идет к гардеробу, берет сумочку и плащ. Накинув на себя последний, торопливо направляется к выходу. Здесь точно не стоит устраивать сцен, и я молча беру свою куртку. Ускоряю шаг у входных дверей, чтобы ее догнать.

— Алиса, стой!

— Уходи!

Она практически выбегает на улицу, оказавшись на площадке перед зданием. Здесь стоят припаркованные автомобили и такси. Поднимает руку, привлекая внимание курящего у машины таксиста.

— Я заказывала на это время, можем ехать!

— Виноградный переулок, дом семнадцать?

— Да!

— Прошу, девушка!

Водитель успевает обойти капот своей машины и распахнуть дверь, но не получить пассажирку. Я решительно захлопываю дверь перед Алисой и обхватываю Снежную за талию, удержав возле себя.

— Она не едет.

— Чего это? – таращится мужик, впрочем, вполне дружелюбно.

Он и не такое видел, а мы вышли из здания одновременно. Так что мало ли, кто мы друг другу. У меня слишком мрачная физиономия, чтобы с таким связываться.

— Она едет со мной. Держи, шеф!

Я достаю из кармана бумажник и даю таксисту крупную купюру. Он тут же ловко перехватывает ее из моих пальцев и отходит. Не дожидаясь, пока такси уедет, поднимаю Алису на руки и несу к своей «Тесле». Разблокировав замки, усаживаю девушку внутрь, пристегиваю ремнем к креслу и захлопываю дверь.

И только потом сажусь в автомобиль сам.

Застываю, глядя перед собой, до боли обхватив пальцами руль.

— Ты с ума сошел, – слышу тихое и потрясенное.

И такое знакомое, что горло тут же перехватывает от воспоминаний, и я судорожно дергаю кадыком.

— Знаю.

— Отпусти, Марджанов.

— Нет.

Мой ответ звучит глухо, но твердо. Я никогда не был способен ее отпустить. А сейчас заставляю себя сдержаться, чтобы не притянуть к себе и не дать выход тоске.

Снежная. Здесь, со мной. Протяни руку, и можно коснуться.