Книга Влюбись в меня, Воробышек!, страница 105 – Янина Логвин

— Поговорю! Обязательно! – обещаю, и уже переступая порог комнаты оставляю с мамой такое привычное и родное: – Люблю тебя! Пока…

Я приезжаю к элитной высотке в центре города, когда уже стемнело, но еще какое-то время сижу в машине, пока остывает двигатель, а я для себя окончательно понимаю: я здесь не потому, что меня поймал за язык Андрей Воронов, а потому что сам не готов отпустить его дочь. И плевать, что отец Ромашки по этому поводу думает. В упрямстве мы с ним можем пободаться, и еще неизвестно, кто уступит первым.

Возле высотки расположен небольшой супермаркет. Я помню о том, что иду в дом, где живут дети, поэтому сначала заглядываю в магазин и покупаю гостинцы Вороновым-младшим. Очутившись возле полок с конфетами, неожиданно понимаю, что совсем не знаю, какие именно любит Ромашка, и беру коробку наугад.

По дороге к подъезду в голову снова стучится мысль: неужели я и правда это делаю? Иду в чужой дом, в котором собираюсь провести несколько дней?.. Но я гоню ее прочь.

Собираюсь. И провести не один!

Лифт поднимает меня на нужный этаж и выпускает на широкую площадку. Я легко нахожу нужную дверь и нажимаю кнопку звонка. Стою, ожидая уже через секунду увидеть смущенное лицо Риты… Ну, ладно. Скорее, хмурое лицо ее отца. Но дверь открывается, и я вижу долговязого подростка. Знакомую зубастую улыбку на рыжей физиономии и хитрые каре-зеленые глаза брата Ромашки.

Пацан нагло присвистывает, от души удивившись моему появлению.

— Ого! Снова ты? Привет, чувак! – здоровается, и вдруг сбивает меня с толку вопросом: – А ты под каким номером пришел?

— Ну, привет. – Я снимаю сумку с плеча и недоуменно хмурю брови: – В смысле?

— В смысле очередности. Мне отец сказал, что вечером будет нашествие Риткиных женихов. И чтобы я пускал их по одному. Вот и хочу узнать – ты четный или нечетный? Вдруг тебе завтра приходить, а я тут с тобой время трачу?

Одно ловкое движение, захват, и пацан уже трепыхается у меня под мышкой.

— Ай! – вопит. – Придурок, ты мне ухо оторвешь!

— Ничего, проживешь с одним.

— Да ладно ты, я же пошутил! Шуток не понимаешь?

— Таких тупых – нет. Надо было тебе еще в прошлый раз за кетчуп и джинсы шею намылить, чтобы не скалился!

Я захожу в квартиру и опускаю сумку на пол. Продолжая держать пацана, спрашиваю:

— Где Рита?

— Не знаю! – слышу обиженное. – Она передо мной не отчитывается.

— А если подумать? – Я перехватываю его под грудью, вскидываю, и теперь его ноги болтаются вверху, а руки упираются в пол. – Или трусы на уши натянуть?

Я сделаю, он знает, поэтому ворчливо отвечает:

— Она приедет… скоро! Просила передать, чтобы ты чувствовал себя, как дома!

— А что насчет моих джинсов? Извинения будут?

— Оно само вышло, честное слово!

В последнее верится с трудом, слишком хитрый и изворотливый этот пацан, и вряд ли легко угомониться. Но ему повезло – я сюда не возиться с ним пришел.

Из кухни выходит младшая сестра Риты – темноволосая девчонка в наушниках и с яблоком в руке. Увидев нас, она передумывает кусать последнее и сдергивает наушники на шею.

— Ой, а что это вы тут делаете? – распахивает глаза. – Стёп, ты чего?

Пацану явно неудобно отвечать, футболка опала на голову, открыв острые лопатки, так что приходится ответить за него:

— Тренируется ходить на руках. Акробатом хочет стать. Гастролировать с бродячим цирком. Алле… Оп! – я отпускаю руку, и шутник шумно приземляется на пол.