Книга Влюбись в меня, Воробышек!, страница 70 – Янина Логвин

— Да, слушаю, Андрей. …Ну, Игоревич. Может, и запомню – я привык уважать старость, но не обещаю. Нет, не думаю, что вы сегодня захотите вместе с Ритой увидеть и меня. Согласен, только это ничего не меняет. Я вам уже сказал.

Но с чем именно он согласен и что сказал, я не услышала, потому что он все же вышел из машины.

Поговорив с моим отцом, вскоре отключил звонок и остался стоять. Обернулся ко мне, зная, что я наблюдаю за ним.

Странный сегодня вечер, совершенно не предсказуемый, и странная ночь. А еще, кажется, я на пороге совершения новой глупости. Но Воробышек не вернется в машину и меня не отпустит. Иногда между людьми не нужны слова, чтобы понять очевидное.

Отыскав пальцами сумочку, я открыла дверь «Ауди» и вышла из машины. Закрыв ее, повесила сумочку на плечо и подняла воротник плаща, потому что ночью вблизи от реки заметно похолодало. Обняв себя руками, сделала несколько шагов по направлению к парню, и остановилась у капота, не спеша возвращать себе телефон.

— Значит, ты не отвезешь меня домой? – догадалась.

— Нет, – услышала в ответ. – Но за это мне пришлось сказал твоему отцу свой адрес и сдать контакты. Умеет он у тебя получать свое.

Умеет. И в этом Воробышек с моим отцом оказались похожи, поэтому я признала:

— Ты тоже. Иначе бы меня здесь не было.

Данил усмехнулся. Куснув губы (я начинала узнавать его привычки), провел рукой по волосам, подошел и все-таки вложил телефон в мою ладонь. Конечно же, его руки оказались горячие, и я невольно вздрогнула от самого прикосновения и их тепла, поднимая к парню лицо.

К парню, легко затмившему образ придуманного, стоило ему однажды появиться в моей жизни. А потом так же легко исчезнувшему из нее.

— Не понимаю… Что ты хочешь, Даня? Зачем привез меня к себе? Чтобы я еще раз убралась в твоей квартире?

Воробышек скривился, возвращая лицу серьезность.

— Перестань, Рита. Я просто хочу побыть с тобой, вот и все. В кафе мы бы не смогли нормально поговорить. А я не хотел тебя отпускать так быстро.

— Поговорить?

— Ну, да. – Он чуть повернулся, чтобы заблокировать машину и спрятал брелок в карман. Вернул на меня взгляд. – Твои подруги без умолку трещали и не оставили бы нас одних. К тому же я заметил, что ты весь вечер ничего не ела. Давай, хм, выпьем чаю, что ли. Я до сих пор чувствую вину за то, как мы с тобой расстались. Нехорошо вышло.

— Чаю? – я не могла не удивиться. Это предложение так не вязалась с тем Воробышком, которого я успела узнать, что если бы не момент, то можно было всё списать на шутку. А выйти и не могло иначе, мы сразу это понимали. – А если я против?

— Тогда выпьем кофе. Это не проблема.

— Но… мы с тобой уже выпили молока!

Сказала, и тут же язык прикусила. Однако поздно, взгляд синеглазого тут же стал острее.

— Тебе оно не понравилось? А мне очень, Рита. Такое теплое, сладкое и вкусное. Ни с чем не спутать. Я прямо вкус жизни почувствовал.

Мне некуда было дальше краснеть, поэтому я просто опустила глаза и повернулась. Убирая брошенную на лицо ветром прядь волос, скорее промямлила, чем возразила:

— Причем тут это?

А Данил вдруг взял меня за руку, развернул и легко подхватил под ягодицы. Оторвав от земли, запросто понес к дому.

— Притом! Хватит упрямиться. Не хочешь идти сама, тогда я тебя отнесу, пока ты окончательно не замерзла!