Книга Секретный ингредиент Маргариты, страница 115 – Лия Джей

Ну как «с облегчением»… Успокоилась я только на время, пока клеила под глаза патчи. Потом пришла завтракать — и попала в жерло вулкана под названием «моя семья». Давид с Рустамом носились по кухне с дикими воплями, споря, кто из них наденет в школу новую красную бабочку, а кто пойдет в галстуке в горошек. Как по мне, оба варианта — отстой. У мамы проблемы с чувством стиля, но помогать их решать я не намерена. И так, вернувшись вчера с тусовки, убирала за нее комнату этих мелких оболтусов. Лейла заявила, что помогать не будет. На днях ей предложил сотрудничество какой-то польский блогер, заказал серию мерча. Весь вечер Лейла просидела за компом, готовя презентацию «эксклюзивных шапок из шерсти альпаки». За завтраком отец просмотрел ее раза три и расхвалил Лейлу так, что она засияла, как жирный хайлайтер. Я слушала, хмуро сдвинув брови. Хотелось кого-нибудь убить, но все, что я смогла сделать, — это яростно вонзить вилку в долму. И получить за это замечание от мамы. Отец потом еще разослал презентацию всем родственникам и вплоть до того момента, как я с грохотом захлопнула за собой входную дверь, зачитывал их ответы с поздравлениями и пожеланиями успеха моей дорогой сестрице.

В вузе легче не стало. Я опоздала на сорок минут и решила вовсе не идти на первую пару. Наверное, не стоило прогуливать ее в туалете на том же этаже, где была аудитория. Но об этом я догадалась, только когда Нелли Олеговна зашла помыть тряпку. Из всех преподов она единственная, кто пользуется обычной доской, а не интерактивной. Пишет на ней непонятные каракули, называя их транскрипцией. В общем, влетело мне за пропуск по пятое число, хоть я и сказала, что плохо себя чувствую и в туалет зашла, чтобы умыться.

Думала, встречу Марго, день наладится. Куда там! Только я вышла из аудитории, как увидела ее с Воронцовым. В руках букет алых роз, как обычно. Вот только Марго на Пашку смотрела как на инопланетянина, который к тому же знает русский и умеет танцевать лезгинку. С недоверием и легким испугом. Когда я спросила, в чем дело, она лишь отмахнулась. Вручила мне цветы, попросила поставить в вазу у гардеробщиц, а сама пошла в деканат отнести какие-то бумажки. В лифте я ехала с двумя переводчицами и Воронцовым.

— Отдала букет тебе? Не понравился? — усмехнулся он.

— Ага, если бы! А вообще она вроде больше Эсперанс любит. Знаешь, такие салатовые с розовой каймой.

— Буду иметь в виду.

Переводчицы вышли, оставив нас с Пашей вдвоем.

— Слушай, а что бы ты делал, если бы тебе понравился бывший… бывшая твоего лучшего друга? И вы, ну… начали мутить. Сказал бы другу об этом?

— Да. Если Мар… то есть мой лучший друг узнает об этом сам, будет только хуже.

Черт! Да я сама догадывалась. Но не могу же я прийти к Марго и в лоб ей заявить: «Мне нравится твой бывший!». Она ж меня закопает. И землю на могиле заботливо каблучками притопчет.

— Я это не про Антона. Не про бывшего Марго, если что, да… Просто соцопрос провожу. Мне Диана поручила. Для актива. Им там надо для одного проекта…

Паша как-то странно усмехнулся, будто не поверил, но дал понять, что сохранит мой секрет, и вышел из лифта.

Марго про Антона я так ничего и не сказала. Она вечером укатила в «Абсент». А Стархов приехал на байке ко мне во двор. Сказал, что у него выходной и он готов хоть до утра колесить со мной по городу. В этот раз поездка на мотоцикле показалась чуточку приятнее. Ветер не хлестал по ногам с такой силой. Наверное, все дело было в джинсах и куртке, на которые я сменила свой секси-наряд. Те сапожки, кстати, с горем пополам, но приняли. Слава Люциферу!