Книга Банан - это всего лишь банан, страница 103 – Злата Тур

Ящер тут же поднял по тревоге свое байкерское братство. Двадцать пять километров для мотоцикла — это плевое дело. Но тем не менее, за это время может произойти непоправимое. Поэтому Глеб, нежно поцеловав Лину в макушку, скомандовал своей отважной помощнице:

— Давай — ка обезопасим себя, пока подмога не подоспеет. Замок наверху, кажется, закрывается изнутри, пойди прикрой нас.

Сам Глеб подошел в распростертому охраннику, перекатил на спину и вытащил у него из брюк ремень. Снова, чертыхаясь, перевернул мясистую тушу и крепко стянул запястья. Своим ремнем связал уже ноги, и надо сказать — сделал это очень вовремя — тот начинал приходить в себя.

Вернувшись к Лине, он сел рядышком с ней и бережно обнял одной рукой.

Затем успокоил Нильса и связался со своим штатным хакером, который уже начал рыть под Городецкого.

— Виталь, теперь нам нужен не только список недвижимого имущества, но, к сожалению, и закрытые базы. Наверняка, этот господин замешан в каких-то неприглядных делах — слишком его замашки криминалитетом попахивают. Мне нужен компромат, чтобы обезопасить себя и своих близких, — он нежно посмотрел на девушку, которая, как бездомный котенок, прильнула к нему, нуждаясь в защите.

Закончив с необходимыми мерами, он, наконец, занялся Линой.

— Маленькая моя, все будет хорошо. Ты не представляешь, что я пережил, когда узнал, что тебя увезли, потом обманули да и еще под замок посадили. Я не буду просить, чтоб ты повторила то, что сказала мне в клубе. Я тогда не ответил, как гусь напыщенный, не хотел на тебя давить. Решил до конца свой суровый имидж не разрушать. Я долгие годы убивал в себе потребность заботиться о ком-то, поэтому не смог сразу себе это позволить.

Девушка подняла глаза, и у Глеба перехватило дыхание. Его любимая девочка принимала его таким, какой он есть. Тот же взгляд, который обжег еще на собеседовании — понимающий и словно проникающий в душу. Он судорожно сглотнул. От волнения вдруг вспотела спина, и он хрипло закончил:

— Я люблю тебя. И никуда не отпущу.

Измученное, осунувшееся личико с темными кругами под глазами вдруг озарилось такой счастливо недоверчивой улыбкой, что Глебу показалось, будто он изнутри наполнился каким-то волшебным светом. И этот свет способен поднять его над землей, дать возможность парить, сбросив груз недоверия, страха и застарелой боли.

Сердце Глеба замерло на несколько мгновений и заколотилось с бешеной силой. Он жадно потянулся к своей девочке губами. Но только лишь коснулся ее кожи, как Лина отпрянула, заставив мужчину опешить.

— Не надо, Глеб, — отчаянно воскликнула она. Румянец стыда пробился сквозь ее нездоровую бледность от голода и недостатка кислорода.

— Ты чего? — Глеб снова предпринял попытку. Ему до дрожи хотелось зацеловать, заласкать свою девочку, чтоб вытащить ее из капкана пережитого стресса.

— Я немытая, как свинка. И зубы у меня не чищены, — мучительно смущаясь, еле выговорила она.

— Глупыш — несмышленыш! Ты меня так испугала опять! — мужчина облегченно рассмеялся. — Ты же для меня самая сладкая. Но будь по — твоему. Как только выберемся отсюда, я тебя сам вымою так, что скрипеть будешь.

— Я не хочу скрипеть. Это от старости скрипят, — все еще стесняясь, улыбнулась она.

Глава 36

Не успели самопровозглашенные пленники потратить все нервы в переживаниях, как позвонил Нильс.