Книга Банан - это всего лишь банан, страница 35 – Злата Тур

— Спасибо, но не стоит беспокоиться, я быстренько эскизы сделаю и на электричке уеду обратно, — девушка мягко улыбнулась, заставив ее собеседников взволноваться. Причем мысли у них были совершенно противоположные.

Нильс запротестовал — рушились все его завоевательные планы, а Римма Максимовна вдруг посмотрела на вопрос с другой стороны. Если девушка останется на ночь, то сыночка не удержит и цепь с ошейником — через щель проскользнет к ней в комнату. А если он ее совратит, то велики шансы, что интерес к дальнейшим отношениям пропадет.

— Смотри, как тебе удобней. Ты не торопись, в запасе целый день, Борис сделает барбекю, я тебя познакомлю со своими подругами, отдыхай от московской суеты. А вечером сын тебя отвезет домой. Он и сам не очень любит, когда мы начинаем петь под гитару романсы, — и женщина выразительно посмотрела на блудливого отпрыска, явно раскатавшего губу на интим. Сейчас его весь вид говорил: «Ну что ж ты, мама, в свои ворота?» Но, скрипя зубами от досады, смирился. В конце концов, за день тоже можно много чего успеть…

Пока Нильс готовил барбекю, Лина, прихватив маленький, складной стульчик, обнаруженный на территории, ушла к озеру.

Она была потрясена открывшимся пейзажем. Ровная, манящая гладь воды завораживала, успокаивала. Только сейчас, оставшись наедине с природой, она почувствовала, насколько измотана. Последнее время — это сплошной непрекращающийся стресс, практически 24 часа в сутки. Правда, немного отдыхала она с Нильсом, когда он таскал ее за собой, когда они ужинали. Вернее не отдыхала, потому что не могла расслабиться, а забывала о своих проблемах, отодвигала их.

И еще тот странный вечер, когда она чуть не утонула, а Глеб ее спас. Его крепкие, надежные объятья. Лина поймала себя на мысли, что готова еще раз утонуть, чтобы почувствовать на себе его руки.

«Бойтесь желаний своих, а то они могут исполниться!» Девушка почувствовала, что спину обдало жаром прижавшегося мужского тела, а крепкая ладонь погладила ее живот. От истошного крика ее удержал запах — одеколон Нильса.

— Борис Данилыч! Что вы делаете? — возмущенно воскликнула она, пытаясь вывернуться.

— Собираюсь накормить тебя вкуснейшим мясом, — невинно промурлыкал захватчик, и вторая рука подсунула ей под нос тарелку, от которой исходил умопомрачительный аромат. Она опустила глаза и едва не захлебнулась слюной. «Де жавю», — подумала она, потому что, как и при первой их беседе, ее желудок — предатель громко заурчал, бессовестно жалуясь на скудный завтрак. Мясо, посыпанное зеленью, было словно призвано послужить ей укором. Ведь она сознательно обрекла себя на дошираки и субпродукты.

Судорожно сглотнув, она тяжело вздохнула и выскользнула из плена рук.

— Я вам очень благодарна, но вы меня испугали.

— Неужели я такой страшный, что меня боятся молоденькие девушки? — сокрушенно покачал головой Нильс.

— Вы не страшный, а наоборот, даже очень привлекательный, но мы же с вами не договаривались обниматься!

— Так в чем дело? Давай договоримся! — сама того не желая, Лина приблизила момент Х, и Нильс не преминул этим воспользоваться.

— Борис Данилыч, мне кажется, или вы за мной пытаетесь ухаживать? — настороженно спросила девушка.

— Как ты могла такое подумать? — театрально закатив глаза, простонал Нильс. — Я уже давно как инвалид любовного фронта, мне бы только пообщаться, поговорить… — и, выдержав мхатовскую паузу, поставил тарелку на землю и взял обеими руками кисть девушки. Перевернув ладошкой вверх, он покрыл ее медленными, чувственными поцелуями. Его участившееся дыхание, жадный взгляд, скользящий по губам, груди девушки — все это шло вразрез со сделанным только что заявлением.