Книга Банан - это всего лишь банан, страница 51 – Злата Тур

Вика бессильно сползла на пол, растянувшись, как кошка, на пушистом ковре.

Глеб не смог сдержать улыбку. Не ничего более красивого и волнующего, чем вид удовлетворенной женщины. И неважно, как ты это сделал. Вспомнилась цитата, приписываемая Людовику, который Король Солнце: «Пока у меня есть хоть один мизинец, я мужчина». И тут же улыбка слетела, как осенний лист от порыва ветра. Сука, когда Рената ушла, у него был не только мизинец! И все остальное работало исправно.

Пару лет уже точно он не вспоминал о ней, а эта девчонка умудрилась пролезть не только в его приемную, но что самое страшное — в его голову. И вот, благодаря этой козявке малолетней, он второй раз за день он вспоминает ту, которую поклялся не вспоминать.

Зло отпихнув лежавшие на полу джинсы, он пошел в душ. Но не просто сполоснуться, а влезть под ледяную воду, чтоб дурные мысли выбить из головы. Однако холод порядка в голове не добавлял. Кожа стала похожа на гусиную, хозяйство сморщилось, в разы уменьшилось в размерах, недоумевая — вроде по-честному справилось со своей миссией, так за что наказание — то? Чертыхнувшись, выключил воду, вытерся и обернул сухое полотенце вокруг бедер.

Вику он застал в том же положении, лишь дымка страсти, подернувшая ее глаза, немного растворилась, и сейчас женщина смотрела на него благодарно и в то же время ожидающе.

— Глеб, я с ума схожу по твоему торсу. А ты меня им снова соблазняешь, — сладко потянувшись, промурлыкала она. И в подтверждение своих слов перевернулась на живот и встала на колени. Не отрывая взгляда от Глеба, она наклонилась и коснувшись ладонями пола, проскользила животом и грудью по ковру. Отставив попку и опираясь на локти, выставила напоказ свои прелести. Соски утопали в пушистом ворсе, и она, провоцируя мужчину, легонько покачивала грудью из стороны в сторону.

От трения нежной кожи о ковер, от осознания соблазнительности позы она возбудилась и определенно требовала еще одной сладкой порции секса.

— Я уже хочу тебя! — и взгляд красноречиво дополнил слова.

— Я пока не могу принять твое предложение, — улыбнулся Глеб. — Курить хочу больше. Что ты пить будешь?

— И что мне делать? — словно не расслышав вопроса, задала она встречный.

— Сама себя приласкай, — испытывающе посмотрел Глеб, вспомнив, как Нильс хвастался изобретательностью своей любовницы.

— Еще чего! Я этим только и занимаюсь, пока ты не изволишь позвонить.

— Ты, смотрю, стала непослушной, — мужчина развернулся и ушел на кухню. Закурив, достал коньяк, ожидая, пока подруга явится с повинной. И она не заставила себя долго ждать.

— Я сейчас накрою на стол, — поцеловав его в шею, шепнула появившаяся следом Вика.

Порезав на тонкие ломтики все, что попалось под руку, она выложила на тарелку и, придвинув стул, села рядышком.

— Глеб, я чувствую, что ты изменился, стал не такой как раньше.

— Раньше доллар шесть рублей стоил. Это ты начинаешь вольничать.

— Об этом я и хотела поговорить. Я хотела бы большего. Мурлыканье, конечно, это мило, но мне нужна твоя жесткая рука. Понимаешь, я задолбалась по жизни быть сильной. Я задолбалась сама жесткой рукой держать все свои салоны, быть стервой. Я хочу иногда сбросить на хер эту всю ответственность и почувствовать себя просто телом, рабыней, кем угодно. Когда от меня ничего не зависит, когда я полностью подчиняюсь кому-то. Но в реальной жизни, ты понимаешь, это недопустимо, поэтому только в сексе я и могу позволить себе быть слабой.