Книга Измена. Ты выжгла мне душу, страница 54 – Мария Мендес

— Верну! Можешь не сомневаться, отец! И… У нас всё будет хорошо!

Он молча кивает, соглашаясь со мной, и мы заканчиваем разговор, глядя на огни города за окном.

Глава 28.

*Вера*

Я закрыла дверь в спальню, где спал Давид, и замерла на пару секунд, собираясь с мыслями. Руслан позвонил утром и сказал, что его родители приедут сегодня, чтобы увидеть внука. Внутри всё сжалось, стало трудно дышать.

Мне было невыносимо стыдно перед Виктором Романовичем и Анной. Они всегда относились ко мне как к родной дочери, поддерживали, заботились, дарили такое тепло, которого я никогда не знала от своего отца. А я... скрыла от них существование их внука. Перебирая в голове слова, которыми я хотела бы попросить их простить меня, я поняла, что ни одно из них не кажется достаточным.

Мама вышла из кухни с чашкой чая в руках и сразу заметила моё состояние.

— Дочка, ты вся бледная. Присядь. — Она мягко подтолкнула меня к дивану.

— Не могу, мама. Я должна всё подготовить.

— Вера, — мама взяла меня за плечи и внимательно посмотрела в глаза. — Всё уже готово. Пирог испечён, квартира убрана, Давид умыт и одет. Ты сделала всё, что могла. Остальное теперь не в твоих руках.

Я глубоко вдохнула, понимая, что она права. Звонок в дверь раздался ровно в назначенное время.

Мама пошла открывать, а я стояла посреди комнаты, чувствуя, как колотится сердце. Первой вошла Анна — всё такая же элегантная, с аккуратно собранными волосами и тёплой улыбкой. За ней — Виктор Романович, строгий, подтянутый, в безупречном костюме. И наконец Руслан, который, вопреки обыкновению, держался чуть в стороне, будто давая родителям право первыми войти в мой дом.

— Верочка... — Анна сделала шаг ко мне и замерла, не зная, можно ли обнять или лучше сохранить дистанцию. В её глазах была такая смесь чувств, что у меня перехватило дыхание.

Я не выдержала и сама шагнула к ней.

— Анна, простите меня, пожалуйста. Я... я так виновата перед вами...

Она тут же обняла меня, крепко прижав к себе.

— Тише, девочка моя, тише... — Её голос дрогнул, и я почувствовала, как на плечо капнуло что-то тёплое. — Всё хорошо. Главное, что теперь мы знаем.

Виктор Романович стоял чуть поодаль, выпрямив спину, только глаза выдавали его волнение.

— Здравствуйте, Виктор Романович, — сказала я, отстраняясь от Анны и вытирая слезы. — И вас прошу простить меня.

Он медленно кивнул, не спуская с меня взгляда.

— Ты всегда была умной девочкой, Вера. И это делает твой поступок ещё более болезненным для всех нас.

Его слова больно резанули, но я понимала, что он имеет полное право злиться на меня.

— Папа, — вмешался вдруг Руслан, и я услышала в его голосе предупреждающие нотки. — Мы договаривались.

Виктор Романович слегка поморщился, но больше ничего не сказал.

Моя мама, словно почувствовав напряжение, тут же вмешалась:

— Проходите, пожалуйста. Я приготовила чай и пирог.

Она подошла к Анне, тепло поздоровалась, затем протянула руку Виктору Романовичу.

— Рада снова видеть вас обоих. Несмотря на все сложности, я верю, что ради Давида мы сможем найти общий язык. В конце концов, ребёнку нужны все его родные люди.

Её слова, казалось, немного смягчили обстановку. Анна благодарно улыбнулась, а Виктор Романович слегка кивнул.

Руслан всё это время стоял чуть в стороне, наблюдая за происходящим с тем спокойным уверенным видом, который я так хорошо знала. Он не вмешивался, позволяя родителям первыми выразить свои чувства. Когда наши взгляды пересеклись, я уловила в его глазах то знакомое властное выражение вперемешку с удовлетворением. Он смотрел так, будто всё идёт по его плану. Но на долю секунды что-то изменилось в его взгляде, мелькнуло что-то личное, что предназначалось только мне. Это напомнило о том, что осталось между нами несмотря ни на что — о той странной связи, которую, похоже, не смогли разорвать ни время, ни обстоятельства. Я поспешно отвела глаза, напомнив себе, что сейчас не время думать об этом.