Книга Измена. Ты выжгла мне душу, страница 94 – Мария Мендес

— Ч-что вы…

— Прости… — Шепчет он дико уставшим голосом. — Я сейчас отпущу, только дай мне одну минуту. Всего одну...

И я даю ему эту минуту, чувствую, как его ломает от дикой тоски. Он скучает по женщине, которую любит, и в то же время к которой не может прикоснуться…

Время словно останавливается. Я чувствую тепло его тела, силу рук, которые держат меня так бережно, словно я сделана из хрупкого стекла. Его дыхание на моей шее заставляет сердце биться чаще, а по спине пробегает горячая дрожь. Это неправильно, я знаю, но не могу заставить себя отстраниться. В этих объятиях есть что-то отчаянное, что-то такое, что заставляет меня замереть и позволить ему эту минуту близости.

Внезапно в комнату заглядывает Маша, и я вздрагиваю всем телом. Руслан мгновенно отпускает меня, отступая на несколько шагов, словно его ударило током.

— Извините, что прерываю, — говорит Маша, и я вижу, как она старается не смотреть на нас обоих, понимая, что попала не в самый подходящий момент. — Руслан, к тебе пришёл Максим. Говорит, что это важно.

— Конечно, — отвечает он хрипло, проводя рукой по волосам. — Скажи, что я сейчас выйду.

Маша кивает и исчезает так же быстро, как и появилась. Между нами снова повисает тишина, но теперь она другая, напряжённая, полная недосказанности.

— Мне нужно... — начинает Руслан, но не заканчивает фразу.

— Да, конечно, — киваю я, не поднимая глаз. — Иди... те, — поправляюсь я тут же. Так странно, язык сам стремится к простоте, а разум всё сопротивляется.

Он колеблется секунду, и я вижу, как его губы сжимаются в тонкую линию. Моё очередное "вы" явно его задевает, но он ничего не говорит. Только кивает и направляется к двери. На пороге останавливается.

— Я скоро вернусь.

Когда за ним закрывается дверь, я наконец могу вздохнуть полной грудью. Подхожу ближе к кроватке Давида и смотрю на его спокойное личико. Мне нужно успокоиться, привести мысли в порядок.

Вдруг малыш начинает ворочаться, морщит носик и открывает глазки. Увидев меня, он сразу улыбается и протягивает ко мне ручки, словно узнаёт.

— Привет, мой хороший, — шепчу я, осторожно беря его на руки, и не могу сдержать счастливой улыбки. — Мама вернулась. Ты меня узнал, правда? Мой умничка.

От прикосновения к сыну все мои тревоги отступают. Чувство безграничной любви, нежности, готовности защищать захлёстывает меня с такой силой, что на глаза наворачиваются слёзы. Я прижимаю его к себе и понимаю, что больше не хочу его отпускать.

— Агу-агу, — лепечет он, глядя на меня широко распахнутыми глазками, и моё сердце переворачивается.

— Да, малыш, мама здесь, — отвечаю я, покачивая его. — И больше никогда не оставит тебя.

Давид улыбается мне той беззубой улыбкой, от которой внутри всё тает. Я покрываю поцелуями его пухлые щёчки, вдыхаю его детский запах и чувствую, как наконец-то нахожу своё место в этом незнакомом мире.

Когда мы выходим из детской, Руслан уже закончил разговор с Максимом. Увидев меня с Давидом на руках, его лицо озаряется такой нежной улыбкой, что на секунду мне становится не по себе от того, как пристально он смотрел.

— Он проснулся, — говорю я, стараясь не встречаться с ним глазами.

— Видимо, соскучился по маме, — отвечает Руслан тихо.

В гостиной нас уже ждёт праздничный стол. Мама с Машей постарались на славу — на столе красивая скатерть, цветы, множество блюд. Всё выглядит торжественно и уютно одновременно. За столом уже сидит Максим, которого Руслан пригласил остаться на ужин.