Книга Сыграем в любовь, или Фиктивная невеста, страница 86 – Юлия Обручева

Открыла глаза и в недоумении уставилась вперед. Мы уже вышли из леса. А на лужайке и в самом деле стоял вертолет. Только не громадный, который мне нарисовало воображение, а маленький и изящный. Словно желто-красная экзотическая птичка. С яркими светящимися фарами вместо глаз.

— Со мной все в порядке, — мотнула я головой, едва увидела на боку вертолета нарисованный крест.

— Окси, ты потерялась, промерзла, повредила ногу, — принялся перечислять все мои «приключения» Стамир. — Пусть доктора тебя обследуют. На всякий случай.

В его голосе сквозила неподдельная тревога и забота. От этого мое желание отказаться почти сразу улетучилось и я позволила положить себя на носилки. И поместить в вертолет. Следом в салон этой птички зашел Стамир и два медицинских работника. Дверь захлопнули, пилот сделал сообщение на неизвестном мне языке, и под шум лопастей вертолет поднялся в небо.

* * *

Солнечный свет заливал всю палату. Я с нетерпением ждала, когда доктора скажут, что со мной и с ребенком все хорошо, и я смогу со спокойным сердцем покинуть это заведение.

В дверь постучали, и я откликнулась.

— Госпожа Огнева? — произнесла девушка не мою фамилию с акцентом куда более сильным, чем у Матиаса.

Сначала я хотела возразить. И в самом деле, какая я госпожа Огнева? Но в последний момент решила не спорить. Потому что все споры приведут к затягиванию моей выписки. И я решительно кивнула.

— Сейчас придет профессор Блоен. Он все вам расскажет, а я буду переводить, — переводчица произносила размеренно каждое слово, словно отвечала на экзамене. — Вы согласны?

— Да, — кивнула я.

Через минуту дверь открылась и в палату вошел мужчина средних лет. Его приветливая улыбка подтвердила, что со мной все в порядке. Плохие новости сообщают с другой мимикой.

— Госпожа Огнева, я Хейнс Блоен, — представился он. — Хочу сообщить, что мы провели все необходимые исследования и их результаты не вызывают тревоги.

— С ребенком тоже все хорошо? — уточнила я на всякий случай.

— Гормональный фон такой, каким и должен быть. Других нарушений тоже нет, — ответил профессор. — Все отлично.

— Значит, меня можно выписывать?

— Не можно, а нужно! — переводчица вложила в перевод всю экспрессию, с которой произнес эту реплику Хейнс, и я радостно улыбнулась.

— Профессор, у меня только один вопрос к вам, — поспешила я спросить о мучившем меня всю ночь непонимании.

Мужчина внимательно посмотрел на меня, и я чуть не растеряла всю решимость. Все же я привыкла к тому, что гинеколог обычно женщина.

— Как могло случиться, что при почти полной стерильности партнера я смогла сразу забеременеть? Такое разве возможно?

Хоть я и старалась скрыть смущение, но мои щеки опять закололо словно иголками.

— Все дело в совместимости, — наморщил лоб профессор. — Если партнеры совпадают по гормональному, биохимическому и другим критериям, то даже одного самого медленного сперматозоида достаточно, чтобы произошло оплодотворение.

Я кивнула и готова была провалиться сквозь землю. Мои щеки жгло огнем.

«Наверняка покраснели даже уши!»

— У вас с партнером прекрасная совместимость, госпожа Огнева! — с воодушевлением в голосе произнес Хейнс, которое подхватила и переводчица.

В ответ я лишь неловко улыбнулась. И подумала, что зря поторопилась мечтать о нас со Стамиром. У Кати тоже могла быть с ним не меньшая совместимость.