Книга Давай притворимся, страница 47 – Э. Сальвадор

— Ты же не намекаешь, что я попросила остаться?

Он кивает. Дженни тоже.

— Буквально умоляла, — бормочет она себе под нос.

Я хмурюсь, чувствуя уже не просто смущение, а что-то похуже.

Значит, я домогалась Сайласа, согласилась сделать парную татуировку и ко всему прочему умоляла остаться. Превосходно.

Отмахиваюсь, делая вид, что меня это ни капли не задевает и что не злюсь на саму себя. Он, конечно, милый, но не могу притворяться, будто после сегодняшнего или каникул мы вдруг станем друзьями и начнем наслаждаться обществом друг друга.

Натягиваю улыбку и смотрю на Сайласа.

— Пойду почищу зубы и переоденусь, чтобы вернуть тебе рубашку, — не жду его ответа. Выхожу из гостиной, и Дженни направляется следом.

— Ты в порядке? — спрашивает она, когда мы заходим в мою комнату.

— Да... нет, — я расстегиваю оставшиеся пуговицы, снимаю рубашку и переодеваюсь во что-то свое. — Мне стыдно. Можешь открыть словарь на слове «отчаяние», и найдешь там мою фотографию, — бурчу я. — Ты должна была выгнать его и привести меня в чувство пощечиной.

Ее губы дергаются.

— Перестань драматизировать. Он вовсе не рвался уйти. Более того, я уверена, что Сайлас хотел остаться. Как только ты дала зеленый свет, он мгновенно устроился рядом, помог снять платье и отдал свою рубашку. Это, честно говоря, было очень мило.

— То есть ты все это видела и ничего не сделала? — я сверлю ее взглядом.

Она смеется.

— Не смотри на меня так. Ты сама просила его

о помощи, а я наблюдала со стороны, чтобы Сайлас не сделал какой-нибудь глупости — которой в итоге и не произошло. Пыталась затащить вас обоих в кровать, но как только ты рухнула на пол, все, игра закончилась. Сил с тобой спорить не было, и я знала, что Сайлас ничего лишнего не сделает. Но при этом выполнял каждую твою просьбу.

— Правда? — легкое, почти невесомое трепетание прокатывается в животе, но я давлю его, заходя в ванную, чтобы почистить зубы. — Все равно звучит отчаянно.

— Отчаянно? Если он с удовольствием делал все, о чем ты просила? — Дженни ухмыляется, пожимая плечами.

Я смотрю на себя в зеркало, скривив лицо. Макияж размазался под глазами, прическа едва держится, заколки торчат в разные стороны.

Но все это вылетает из головы, когда я смотрю на татуировку. Все еще не могу поверить, что сделала ее — да еще и на пару с Сайласом.

Отгоняя остатки вчерашнего, привожу себя в порядок. Потом ищу запасные зубные щетки — знаю, что они у нас есть — и возвращаюсь в гостиную.

Дженни уходит к себе, но перед этим подмигивает мне и многозначительно играет бровями. Я игнорирую ее.

Сайлас смотрит вниз, на стол, где лежит блокнот.

— Эй! Это вообще-то вторжение в личное пространство.

Он вздрагивает, выпрямляясь. Надо было продумать последствия: теперь стоит во всем своем двухметровом великолепии без рубашки, с перекатывающимся рельефом пресса, и несмотря на усталость на лице, нарочитая небрежность делает его еще привлекательнее.

— Я и не вторгался. Он был открыт, а сами надписи ярко-красными. Трудно было не увидеть. Прости.

Я слабею, потому что Сайлас виновато улыбается, на каждой щеке проступают ямочки, а солнце создает видимость нимба. Сложно вспомнить, что я хотела сказать.

Точно, блокнот.

— Клянусь, я дальше не листал. Только взглянул одним глазком на страницу.