Книга Давай притворимся, страница 52 – Э. Сальвадор

— Dio — он зажимает переносицу, качая головой. Потом смотрит на меня так, будто кричит глазами:

Ты идиот. — Узнай ее. Время — штука условная. Освободи место в расписании. И да, тупица, ты влюбился. Кто вообще делает парные тату с девушкой, которую толком не знает?

— Мы были пьяные, — жалко выдыхаю я.

Он видел тату в раздевалке и спросил. Нужно было держать рот на замке.

— Неважно. Ты влюбился. Прими это как факт.

— Как я могу это принять, если сам не уверен? И давай не будем притворяться, будто Анна не горячая, потому что оба знаем правду. А если я просто... хочу ее? Потому что она красивая? — я не пытаюсь звучать как мудак, просто хочу понять.

У меня никогда не было отношений. Я ничего против них не имею, просто даже не задумывался о такой возможности. Но... не знаю... мне нравится мысль о том, чтобы проводить с Анной больше времени. И необязательно, чтобы мы были голые. Мы могли бы говорить по душам, и от этого менее интереснее не станет. Могли бы вообще не говорить, просто смотреть фильм и, возможно, прижиматься друг к другу. Господи, с каких пор мне такое нравится?

Он мычит, почесывая затылок.

— Понятия не имею. Сам узнай.

— Как? — я останавливаюсь, поднимая телефон, завибрировавший от сообщения.

Папа:

Если Анна завтра не работает, давай поужинаем.

Папа:

Я бы хотел получше узнать твою девушку.

— Почему ты выглядишь так, словно вот-вот рухнешь в обморок?

Я показываю ему телефон.

— Дай угадаю, это не просьба? — я киваю, и Марк закатывает глаза. — Прям как мой батя.

Наши отцы дружат сто лет и похожи во всем: обожают деньги и командовать людьми.

Он задумывается на секунду, потом выражение лица проясняется.

— Веди ее. Продолжай это шоу, узнай получше, и если влюбишься, так тому и быть. Если нет — попытка не пытка, а потом разойдетесь на хорошей ноте.

— Она много работает и не давала своего согласия на продолжение этого спектакля, — не могу представить Анну, добровольно проводящую время с моими родителями или участвующую в этом фарсе.

Он пожимает плечами.

— Либо делаешь как сказано, либо отец поймет, что ты соврал. А он не отстанет, пока не продавит свое.

Как же неприятно осознавать, что он прав.

— Заплати ей, и проблема с работой решится, — предлагает он так, будто это очевидно. — Скажи, пусть возьмет пару выходных, пока ты все разрулишь. Бам! Проблема решена. Не благодари.

— Ты говоришь так, будто все так просто, — хотя звучит и правда просто... но согласится ли Анна?

— Я к тому, что ей наверняка нужны деньги. Спросить — не преступление. Перестань быть маленькой истеричкой и просто спроси.

Я показываю ему средний палец, обдумывая предложение.

Анна

Суббота, 14 декабря

Капли с мокрых волос падают на пол, оставляя крошечные лужицы каждый раз, когда останавливаюсь, пытаясь собрать в кучу панически мечущиеся мысли.

У меня не было ни секунды, чтобы высушить их или хотя бы замотать в полотенце — Дженни разорвала телефон новостями, от которых до сих пор звенит в ушах.

— Ты еще здесь? — ее голос переключается на ор.

Я хожу по квартире — от входа через гостиную, кухню, вниз к спальням и обратно. Периодически становится тяжело дышать, и я едва не погружаюсь в тревогу, поэтому вынуждена останавливаться.

— Да, тут. Я... думаю.

Мы только что получили письмо от арендодателя, Джерри: он снова поднимает нам аренду, но на этот раз на пятьсот долларов. Планирует «отремонтировать здание, чтобы обеспечить жильцам лучший опыт проживания», и прочую такую же ахинею. Это полная чушь. Ровно ту же причину они говорили в прошлом году, просто другими словами.