Книга Грехи любви: в паутине соблазна, страница 31 – Кэтрин Болфинч

Анита хотела сказать что-то еще, но на ее плечо опустилась тяжелая рука Алессио, он слегка нагнулся вперед.

— Энни, не сейчас, — всего три слова, и она уже успокоилась. Прикрыла глаза, выдохнула, а затем направилась к машине. Алессио всегда действовал на нее как ромашковый чай.

Я затушил сигарету и залез на переднее сидение рядом с водителем, Анита и Алессио уселись сзади. Жаль я не мог высадить их из машины и заставить идти пешком или ехать на такси.

— И так, если китаяночка не твоя девушка, то… — начал Алессио, как только мы выехали на дорогу. Я закатил глаза и полез за сигаретой.

— Заткнись.

Ему слишком многое было позволено, и вот теперь мне приходилось расплачиваться за свое доброе сердце. Черт бы побрал Алессио и его любопытство.

Иногда хотелось вернуться в прошлое и вместо того, чтобы спасти его, навалять ему еще больше. Может быть, он стал бы немного умнее. Но потом я смотрел на друга и понимал, что решение влезть в какую-то драку на улицу — лучшее решение, которое я когда-либо принимал. С тех пор Алессио не покидал мою жизнь, а теперь мы и вовсе готовились стать родственниками. Его мама даже вяжет мне носки на каждое Рождество.

Алессио вырос почти в соседнем доме — его родители владеют небольшим кафе на набережной, искусно разводят туристов и живут на эти деньги уже несколько поколений подряд. Правда, их капитал никогда не помогал. Алессио все считали изгоем в школе и на улице. Пока на его сторону не встал я. Меня многие боялись. Возможно потому, что раньше у меня совсем не было тормозов — драки, перестрелки, клубы, девчонки и воровство. Почти ничего не изменилось. Только воровать стал по-крупному. И конкурентов мы убирали уже не кулаками, а пистолетами.

Я откинулся на спинку и закрыл глаза.

Да, Эмили никогда в жизни бы не посмотрела на такого мужчину, как я, но почему-то ее реакция говорила совсем о другом. Или это обычный страх?

Итак. Я добавила Энзо Моретти в черный список.

Все казалось, что в любую секунду дверь откроется, на пороге появится взбешенный мужчина и потребует, чтобы я разблокировала его. Признаться честно, я не знала, пугала такая картина или нравилась.

Но наступил понедельник, а дверь все еще крепко сидела на петлях, и мне пришлось подавить разочарование и ожидание чего-то большего. Пожалуй, так было правильнее всего описать мое состояние — ожидание чего-то. Может быть того, как повернется жизнь.

В конце концов, Энзо Моретти не тот человек, который будет рисковать положением и партнерством с моим отцом. Ему было что терять. И уж точно он не собирался лишаться этого из-за меня.

Мне не нравился Энзо. Из-за его внимания, мне приходилось постоянно напоминать себе, что я — не центр мира.

Он не Алан, с которым мы выросли вместе. Он не Алан, с отцом которого дружил мой отец. Энзо Моретти совсем не Алан. Просто потому, что Энзо заставлял мою кровь буквально кипеть от желания, чтобы он прикоснулся ко мне.

И когда раздался очередной звонок от Алана, которого я с завидным упорством игнорировала все выходные, я все же взяла трубку.

Нужно было решить наши разногласия. Я не собиралась отказываться от «отношений», которые стали отличным прикрытием. И якорем, что удерживал меня от безумия, которое накатывало рядом с кое-кем другим.