Онлайн книга «SOULMATE AU»
|
— Are you having a good time, babe? [15] — Йес, щуа, – Марго обрадовалась своему знанию английского на уровне средней школы и мелодрам. – Хау а ю? [16] — I’m Deimos, – представился симпатичный киприот. — Like a son of Ares and Aphrodite? [17] Он засмеялся. На коричневой мордашке зубы казались еще белее. Бровастый приятель Деймоса явил полную мощь своих насупленных кустов и вполне мог бы именоваться… — And your friend is Fobos, probably? [18] — Я Лакис, – ухватился за предоставленный шанс познакомиться парень. – Ты же русская? Марго опешила, услышав родную, пусть и слегка битую речь. — Да, – она разглядела это забавное чудо. Бровей у него, прямо говоря, хватило бы еще на пяток киприотов и одного Ареса. А под ними таились глаза нереальной синевы. Точно горная гряда окаймляла бездонную голубую лагуну, наполненную кротким интересом. Стихия, так любимая дедушкой и переданная с родной кровью Марго, взирала на нее из глубины глаз едва знакомого парня. Море обнимало Маргариту, не смея пока прикоснуться… — Come on, what with you both? [19] – прервал затяжное оцепенение Деймос. – Let’s go party! [20] — Но я не знаю имени?.. – пророкотал шумом прибоя Лакис, пока Марго ныряла русалкой в ультрамарине его глаз с ширящейся черной бездной по центру. Здравый смысл впорхнул в пьяную голову Марго как мать, распахнувшая дверь в комнату с надписью «Не входить! Опасно для жизни!». — Марина. В переводе с греческого – «морская», – схитрила она, не сильно-то и обманывая. — Очень приятно. – Лакис забликовал улыбкой солнца по поверхности бушующих волн, и его большие брови показались Марго вполне органичными на добром и приветливом лице. — Лакис – редкое имя! – зачем-то сообщил он. — Да? И что оно означает? — Счастливчик, – зарделся он и пригладил белую рубашку. — Ты считаешь себя счастливым? – Марго завлекательно потянула коктейль через трубочку. Лакис смущенно пожал плечами. Потом они плясали втроем дикие танцы, причем Марго подмечала, что Деймоса плавно давят за спину, и он уже делает знаки другим девушкам. А Лакис – рослый, чуть сухощавый Лакис, старался тесниться поближе и то брал за руку, крутя, то невесомо ловил пальцами тепло тела Марго пониже талии. Влечение никогда не нуждается в словах. Это язык телодвижений, начертанный в книге человеческой природы наравне с желанием любить и быть любимой… Только вот Марго в любовь уже не верила. Заставили разувериться. «Ты хороший, славный, – нежили Лакиса мысли Маргариты, – ты чудесный. Но ты мужчина, а все мужчины одинаково никчемны. Дай я тебе сегодня, завтра ты пальцем не пошевелишь ради того, чтобы я осталась». Внезапное строптивое стремление «дать» отыграло в голове цунами. Лакис опасно приблизился, и Марго с намерением жечь сегодня напалмом попросила его губ – тоже ни слова не говоря. Море сшибло ее здравый смысл водоворотом прибоя, розовые от помады губы сомкнулись с темными, и руки Лакиса, до того лишь намекавшие на объятья, крепко сжали. Вблизи удивленно и чуть уязвленно рассмеялся Деймос и изрек что-то греческое, разумеется, Марго не поняла бы, даже знай она греческий на уровне средней школы. Ее вело от раскрепощенной близости с красивым – да, именно красивым, парнем, с которым можно было провести ночь и не тешить себя надеждами. Дальнейшее опять помнилось водоворотом: танцы и череда затяжных поцелуев, как серия нырков. То самое дурное чувство, что никого вокруг, а диджей с «бомбячей» музыкой, парни, девушки, коктейли, звезды, планеты и волны прибойные крутятся лишь для двоих. Море Лакиса, наполненное светом радостной победы, жадный нырок в его губы, потом неровный путь в соседний бар – чуть ли не вися на сильном мужском плече, которое и само почти валилось. Кальянный уголек и вкуснейший шоколадный дым в гнездышке из его белой рубашки. Марго гладила блаженно улыбающегося Лакиса и о чем-то сонно рассказывала им с Деймосом, наверняка о фридайвинге и погружениях – море необычайных синих глаз киприота побуждало к этим темам. Лакис слушал, почти ничего не говоря, или так казалось Марго, и внимал ей, как свалившемуся на голову чуду. Марго торжествовала. Пусть и на одну ночь она была королевой. |