Книга Однажды я стала женой проклятого герцога, страница 55 – Вероника Десмонд

— Вы меня разочаровали, господа, — выдохнул Аспид притворно грустно.

В тишине комнаты вдруг раздался хриплый голос:

— Подождите. У меня есть предположение.

Виктор Тонкс с удивлением осознал, что голос был его. Аспид пугал, и пугал неимоверно, однако страсть к криминалистике и врачебному делу развязала ему язык.

Темный маг поднял бровь и издевательски усмехнулся:

— Мы с нетерпением ждем твой рассказ.

— А что если он сам заколдовал себя? — Тон Тонкса был нервный, он прокашлялся. — Господин Кан упомянул, что от жертвы исходят его собственные эманации. Но почему? Если его уровень дара был столь низок, магия не должна ощущаться вовсе.

— Защищался? — предположил прокурор. — Однако в этом случае мы бы наблюдали магическое истощение, но его нет.

— Именно, — возбужденно кивнул молодой парень, с опаской глядя на Аспида. — Магического истощения не было. Тогда мы можем прийти к выводу, что это был магический всплеск. — Тонкс почесал голову и смущенно дополнил: — Я наблюдал это явление в пыточной, когда из преступников пытались достать правду. Залезая в разум.

— Но в Эленейросе строжайше запрещено извлекать чувства и воспоминания, — парировал господин прокурор, подходя к жертве ближе.

Генри Кросс задумался. Неужели маг разума? Нет, этого не может быть…

Менталисты давно стали легендой. Что он знал о них? Кажется, принуждение всегда оставляло след.

— Верно, запрещено, — сказал Тонкс, а потом смутился. — Но бывало, что следователи заходили в тупик и прибегали к… крайним мерам. Иногда они привлекали мага на стороне, но я… я не помню его имени.

О, Виктор помнил его имя совершенно отчетливо, но сомневался говорить его даже Аспиду. В конце концов, ему еще придется работать с этими следователями. Он наивно надеялся, что сможет без последствий пережить эту ночь.

— Вернемся к жертве. Потемневшая эмаль на зубах может также свидетельствовать о проникновении в чужой разум. Прошу заметить, что мужчина не злоупотреблял табаком.

— Вы не можете знать этого наверняка, — вмешался господин Кан, стоя опершись на трость. Его внимательные прищуренные глаза источали неприязнь. — И маг разума? Вы из ума выжили? Ни у кого не может быть ментального дара столь сильного, чтобы принудить к смерти.

В их спор вклинился безразличный голос:

— Довольно, — Аспид повернулся к Тонксу: — Тебе еще есть, что сказать?

Виктор смутился.

— Это все.

— Хорошо, — довольно протянул темный маг. — Кросс, возьми его к себе в команду. Кажется, у парня имеются мозги. И Кан, избавься от тела как только мы закончим.

Кан поклонился.

— Да, господин.

Тонкс едва не заулыбался от радости и даже хотел покрасоваться тем, что является лучшим на курсе, но когда заглянул в Аспиду в глаза, тут же закрыл рот.

А теперь вы… дорогой доктор, — Аспид улыбался, его тон был безмятежен.

Профессор тихо затрясся.

— Вы меня боитесь? — спросил маг, наигранно нахмурившись. — Отчего так?

— Господин Аспид… прошу вас…

Темный маг жестко посмотрел на доктора Моргана, и его лицо сочилось ненавистью и отвращением.

— Даю вам права последнего слова.

Виктор Тонкс вздрогнул, совершенно не понимая, что тут происходит. Почему профессор вдруг побледнел будто вот-вот рухнет в обморок?

— Пожалуйста… — у старика дрожали губы, он упал на колени и склонил голову: — Пожалуйста… пощадите.