Книга Измена дракона. Я забрала его корону, страница 14 – Диана Фурсова

Под ней оказался второй слой. Там лежали семь узких папок, перевязанных выцветшими серыми лентами. На верхней рукой моей матери было написано: «Копии из старого архива Вейрелей. Не уничтожать даже по требованию Короны». Я перечитала строку. Потом ещё раз.

Мать умерла за три года до моей свадьбы. Она не любила говорить о прошлом рода, считая, что людям полезнее знать, что они способны сделать сейчас. Из семейной истории я помнила только обрывки: когда-то Вейрели служили при дворе хранителями соглашений, потом потеряли влияние, земли и почти всё состояние. Я никогда не спрашивала подробностей. Теперь пожалела. В первой папке находились копии старых договоров. Во второй — записи заседаний, датированных четырьмя столетиями назад.

В третьей я увидела рисунок Короны Семи Крыльев. У меня похолодели пальцы. Я положила рядом металлическое Крыло и придвинула светильник. Рисунок был грубым, сделанным чернилами, но ошибиться невозможно. Семь изогнутых пластин. Те же прожилки.

Под изображением шёл текст на старом наречии. Часть я понимала. Часть пришлось восстанавливать по знакомым словам. «Корона не даётся крови». Я нахмурилась. Прочитала дальше. «Корона свидетельствует исполнение обязанностей». Сердце забилось быстрее.

Я перевернула страницу. Следующий лист оказался поздней копией, сделанной уже на современном мне языке. Почерк матери. «Семь Крыльев являются не украшением власти, а её свидетелями. Каждое Крыло отвечает за отдельную обязанность правителя. Наследник получает право носить Корону, но не право владеть ею безусловно». Я перестала слышать дождь. Перевернула ещё страницу.

«При утрате доверия Крылья могут покинуть носителя». Мне пришлось откинуться на спинку стула. В голове возникло лицо Эрвена. Его слова. «Моя корона потеряла Крыло». Нет.

Она не потеряла. Она отозвала. Я заставила себя читать дальше. Записи были неполными. Некоторые страницы потемнели от времени, другие явно отсутствовали. В нескольких местах текст обрывался посреди предложения. Однако смысл становился всё яснее. Первый император Доррейнов не получил Корону в наследство. Семь земель признали его после объединения страны и создали систему, которая должна была не позволить одному роду превратить власть в собственность.

Каждое Крыло соответствовало обязанности государя. Не привилегии. Не способности. Именно обязанности. Первое описание сохранилось почти полностью. «Первое Крыло свидетельствует того, кто несёт службу прежде почести и принимает ответственность прежде награды».

Я долго смотрела на эту строчку. Двенадцать лет. Прошения. Соглашения. Бесконечные заседания. Счета, которые никто не хотел проверять.

Споры Домов, в которых каждый требовал уступить именно ему. Неужели… Я оборвала мысль. Слишком удобно было бы решить, что древняя Корона просто наградила меня за хорошее поведение. В документах речь шла не о награде. Крыло свидетельствовало обязанность.

Но почему сейчас? Почему именно во время расторжения брака? Ответа не было. Я перешла к следующему листу. Второе Крыло описывалось хуже. Сохранились отдельные фразы: «…между землями…»

«…не допустить, чтобы выгода одного Дома стала причиной разорения другого…» «…мир, достигнутый не страхом…» Третья обязанность была почти полностью утрачена. Четвёртая начиналась словом «суд». Пятая касалась данного слова. Шестая — чего-то, что мать обозначила в примечании как «служение целому вместо рода».