Книга Беглянка №0 для звёздного командора, страница 20 – Алекс Скай

— Ещё.

— Если дам больше, порвём стыковку.

— Не порвём.

— Откуда знаешь?

— Этот тип кольца держит на восемнадцать процентов больше, чем написано в спецификации.

— Почему больше?

— Потому что я проектировала его модернизацию.

Он выдохнул что-то, очень похожее на смех.

— Конечно. Почему бы и нет.

Совместная тяга наконец вывела их из главной линии поля. Управление вернулось сразу. Элара перехватила челнок.

— Управление вернулось.

— У меня тоже. Снижай тягу.

— Снижай.

Они одновременно убрали тягу. Два сцепленных корабля медленно стабилизировались в пустоте. Только теперь Элара заметила, как сильно сжимала рукояти: на ладонях остались белые полукружья от ногтей. Неизвестный объект остался вдалеке. Слишком близко. Но уже не приближался.

Элара не сразу оторвала взгляд от цифр. Потом заметила новый сигнал. Рейнар открывал стыковочный переход.

— Даже не думай.

Его голос пришёл через внутренний канал:

— Поздно.

— Оставайся у себя.

— Не останусь.

— Мы стабилизировались.

— На пять минут.

— Этого достаточно, чтобы разойтись.

— Элара.

— Что такое?

— Я уже открываю шлюз.

Она выключила связь. Это не помогло. Через минуту внутренний индикатор сообщил, что соединительный переход герметичен. Элара поднялась. Ноги держали хуже, чем ей хотелось. Она отошла от кресла и встала так, чтобы не пришлось хвататься за опору, когда дверь откроется.

Смешно. После всего, что произошло, её занимало это. Не показать слабость. Не перед ним. Люк открылся. Рейнар вошёл один. Без оружия в руках. Без шлема. Без людей. И остановился сразу за порогом. Вот теперь между ними действительно не было ничего.

Ни Сайры. Ни охраны. Ни обратного отсчёта. Ни стекла. Даже «Аурига» осталась далеко позади. Элара смотрела на него и пыталась понять, как человек может быть одновременно настолько знакомым и настолько чужим. Он стал старше.

Не только внешне. Семь лет легли в линию у глаз, в осторожность движений, в то, как он теперь занимал пространство — не доказывая никому, что имеет право здесь находиться. Но привычка сначала смотреть на выходы осталась.

И на её руки. И на положение корпуса корабля. И только потом на лицо.

— Ты ранена? — спросил он.

— Нет. По крайней мере, ничего не чувствую.

— Уверена?

— Если задашь вопрос третий раз, ответ не улучшится.

Рейнар принял это без спора.

— Договорились.

Он сделал один шаг. Элара подняла ладонь. Рейнар остановился. Сразу. Это оказалось неприятнее, чем если бы он продолжил.

— Не подходи.

— Не подойду.

Элара задержала на нём взгляд. Где-то между их кораблями тихо работала система выравнивания.

— Ты должен был уйти после первого захода.

— Я попал со второго.

— Я заметила.

— Значит, договор соблюдён.

— Ты всегда так обращался с формулировками только когда тебе удобно.

— Возможно, заразился.

Почти прежний Рейнар. Почти. Элара почувствовала, как в ладони давит край терминала. На нём лежала копия подписи. Его подписи. Можно было показать сейчас. Спросить. Обвинить. Дать ему возможность объяснить. Вместо этого она сказала:

— Ты не должен был идти за мной.

— Знаю. И всё равно пошёл.

— Зачем тогда пошёл?

Он не ответил сразу, хотя ответ знал. Элара помнила эту разницу: когда Рейнар искал решение, глаза у него чуть уходили в сторону; когда решал, сколько правды сказать, смотрел прямо. Сейчас он смотрел прямо.