Онлайн книга «На краю звездопада»
|
— Я объясню, – гентбарец говорил тихо, поневоле приходилось прислушиваться. Почему-то никогда не получается злиться и прислушиваться одновременно, мама, к примеру, всегда понижала голос, когда ей хотелось наорать на кого-нибудь по делу. Никогда я не слышала ещё, чтобы она кричала. А вот ледяной, вымораживающий всё вокруг, тон… Тот самый, с каким звучали сейчас слова управляющего… — Я верю вам и верю в вас, в конце концов, за вас поручился человек, которого я уважаю безмерно. Но Галактика большая и народ в ней самый разный, а я, напоминаю вам, по просьбе доктора Элмера вкладываю вам в вашу пустенькую пока голову ума. Считайте меня занудой-наставником. Я всего лишь объясняю вам суровую правду деловой жизни: в таких контрактах, как ваш, Десима, – вообще говоря, в любых контрактах любой формы! – никакое доверие на словах не имеет юридической силы. Всё фиксируется строчками в документе. Всё абсолютно. Что не зафиксировано – того не существует. Понимаете? Принцип «доверяй, но проверяй» избавляет от многих страданий. — Простите, пожалуйста, – мне стало стыдно за свою вспышку, и ведь, судя по тому звону, что-то моя паранорма расколотила всё-таки, плохо. – Я не… — Не хотели меня обидеть, – проницательно сказал генбарец. – Верю. — Но вам нельзя смотреть, как я работаю, – беспомощно выговорила я. – Вы можете пострадать! — Я могу активировать личный силовой щит… — Думаете, поможет? – с горечью спросила я. – Вы же знаете, какой мощный барьер стоит вокруг моего дома… И здесь, наверное, вы тоже подстраховались, вокруг этого квартала тоже есть барьер, не слабее, верно? — Аргумент, – кивнул Чинтасме. – Что ж, я позову доктора Хименес тогда. Она – одна из самых сильных паранормалов Федерации и ваш куратор, к тому же. Мне не очень понравилось предложение. Я не любила рисовать под чьими-то пристальными взглядами, даже при маме не могла, а тут будет сразу двое, сам Чинтасме и Хименес… Но мне так не хотелось портить проект! — Хорошо, – согласилась я со вздохом. – Позовите доктора Хименес… * * * Я привычно перевернула чашечку с кофейной гущей над блюдцем. Покрутила её. И замерла. Как будто что-то… я не уловила, что! И надо было, конечно же, поднять чашечку, но я сидела неподвижно и боялась шевельнуться, боялась даже в полную грудь дышать. Просто… Столько всего навалилось на меня в последние дни, и продолжало падать, как вода широкого водопада по гранитной скале. Я почти физически ощущала неспешную мощь, бегущую откуда-то сверху. Она неумолимо размывала прежнюю жизнь, подтачивала меня саму, увлекала за собой вниз, вниз… а внизу ждал зев подземного русла, куда низвергалась эта вода. И что там, внизу может ожидать, если доподлинно известно, что под землёю солнца нет? Там ничего нет. Только мрак и холод. Сае подошёл со спины, обнял крыльями. Я прикрыла глаза, прижалась к нему, – ах, если бы заморозить время в этой точке навечно! Звёздный странник, солдат, разве он останется со мной навсегда? Ветер судьбы сорвёт его снова и погонит через всю вселенную сквозь холодные звёзды туда, где я его никогда не найду… Он подул мне в макушку: — Солнце моё, о чём грустишь? «Солнце моё». Никто и никогда ещё не называл меня так. А здесь не просто назвали, но ещё и передали с волной тепла: голосом, интонацией, объятиями… |