Книга Любовь оборотня, страница 150 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

В голове внезапно прояснилось — где-то над его головой Дерейла выиграла свой поединок. Втянув воздух ноздрями, оборотень криво усмехнулся, неуклюже перехватив свой полуторный меч одной рукой. Банда доплерв вновь бросилась на него со всех сторон, на сей раз надеясь добить, уничтожить… Вот только острие бастарда быстро и безошибочно уткнулось в шею пытающегося зайти со спины к рыцарю единственного обладающего запахом оригинала!

Молодой человек отбросил своё оружие в сторону, признавая поражение и прося пощады. Гриффис движением головы велел ему убираться с глаз долой. С трибун засвистели, заулулюкали.

Бывший маршал поднял разочарованный, почти оскорблённый взгляд на откровенно побледневшую наследницу престола:

— Если это цвет людской нации, то я — троллья принцесса. Что с вами стало, люди? Вы измельчали и стали ещё более жалки, чем были!

Теперь его снова ненавидели. В этом было определённое удовольствие.

— Закрой свою поганую пасть, тёмная тварь! — На песок арены ступил новый претендент в отполированных до зеркального блеска доспехах. — Настало время положить этому конец!

Гриффис сверил очередного противника взглядом, полным усталости и раздражения. В ответ на бахвальство сияющего рыцаря тонкие губы Маршала тронул звериный оскал, искажённый болью и усталостью.

О да, предыдущие поединки, какими короткими бы они не были, утомили его до дрожи в ослабевшем за годы заключения теле. Часть его малодушно просила пощады и возвращения во мрак темницы. Но Дерейла слишком хорошо знала душу своего бывшего возлюбленного, что бы понимать: что бы ни случилось, как бы не обстояли дела, он будет биться до тех пор, пока раны или усталость не свалят его с ног. Как бы то ни было, единственное, что он мог и хотел сделать — это просто остаться в живых.

Глядя на приближающегося человека, Маршал глубоко вздохнул и тихо окликнул дух живущего в его плоти и разуме зверя. Он неотступно был рядом все эти годы, однако слишком давно Гриффис призывал его в последний раз намеренно.

И хищник откликнулся. Утомленный долгим ожиданием, изголодавшийся по крови и битвам, он упругой волной чистой первозданной силы пробежал по усталым мышцам и тихим рыком возвестил о своем появлении. Это была лишь частичная трансформация, почти незаметная неопытному глазу. Ставшие вертикальными зрачки, да кошачья плавность движений, вот и все, что можно было углядеть в этот миг, но главное — усталость на время метнулась прочь испуганной мышиной тенью.

Венценосный красавчик все еще нес какую-то чушь про ничтожество поверженного полководца, когда оборотень размытой черно-белой тенью возник рядом с ним, занося над головой клинок. Удар был неизбежен. Казалось: вот-вот, и златовласая голова покатится по песку манежа, нелепо пяля вникуда слепой взгляд. Но сталь застонала и заскрежетала, внезапно встретившись с камнем. Покрытая сверкающими кристаллами гранитная длань земляного элементаля даже не дрогнула от удара, в который оборотень вложил всю свою звериную мощь.

Удивленный, но не ошарашенный, Гриффис отскочил прочь. Маг. Опять маг! Его уже начинало тошнить от одного только этого слова.

Красавчик уже не улыбался, а на его гладком ухоженном лице проступила испарина страха. Лишь лукавая и мимолетная усмешка фортуны только что уберегла его от холодных обьятий смерти, и тёмный рыцарь понял это куда как более отчетливо. Но вот весы качнулись, и теперь уже оборотень вынужден был спасать свою жизнь, затравленным зверем метясь по арене.