Книга Любовь оборотня, страница 173 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Есения с удовольствием наблюдала, как ее новый знакомый поглощает один пирожок за другим и запивает молоком, а сама развлекала его разговорами о том, что происходило в деревне. Как Верислав-кузнец на той неделе подковал за день десять кобыл, а Борислав посватался к дочке старосты, и свадьбу порешали устроить после жатвы.

— А в твоей деревне есть кузнец? — спросила Есения.

— У меня нет своей деревни, я странствую по миру, — ответил Деян, вытерев губы от остатков молока.

— Ох, как же это интересно! А расскажи о местах, где ты был? Что видел?

Деяну особо нечем было похвастаться, ведь он не так давно попал в шкуру волка, но глядя в восторженные глаза Есении, которая ждала от него чего-то волшебного, не решился ее разочаровать. Рассказывая о своих путешествиях, он ни капельки не врал, лишь старался описать те места, что видел, в самых ярких красках.

Есения слушала его с открытым ртом, ловя каждое слово. Она не была нигде дальше соседней деревни, где каждый год проходила ярмарка, поэтому все, о чем говорил Деян, казалось ей сказочным.

— Наверное, прекрасно все это увидеть своими глазами, — сказала она, внимательно выслушав его рассказ. — Но разве ты никогда не хотел иметь свой дом? Семью…

Она не заметила, как во время разговора придвинулась к Деяну ближе, и ее пальцы невзначай коснулись его руки. Деян вздрогнул от прикосновения, но руку не убрал, а, наоборот, накрыл ею маленькие девичьи пальчики. Ему до безумия хотелось, чтобы все было так, как говорила Есения, чтобы она была рядом… Но этого никогда не произойдет. Ведь рано или поздно наступит новое полнолуние, а это значит, что он снова станет волком — хищным и беспощадным.

— Я не могу задерживаться на одном месте надолго. Это моя… сущность, — наконец ответил он, с трудом подбирая слова.

— И никто-никто не сможет это изменить?

— Я не знаю, — признался он, вспомнив слова проклятия. — Не смотри так, Есенюшка, это мне неподвластно.

Девушка нахмурила рыжие бровки и неодобрительно покачала головой, и Деян, чтобы хоть немного ее успокоить, чуть сильнее сжал ее пальчики.

— Скажи, почему там, в овраге, ты не хотел принимать помощь от меня? Почему говорил, чтобы я бежала? — вскоре спросила она.

— Я такое говорил? Честно, я не помню этого.

— А как ты вообще там оказался? На тебя кто-то напал? Дикий зверь? Или разбойники лесные?

— Может, и зверь, а может, человек, — ответил Деян, и сам не зная всей правды. — Все произошло очень быстро, поэтому я мало что запомнил… Но я очень благодарен, что ты вовремя нашла меня! Ведь если бы не ты, Есенюшка…

Однако договорить Деян не успел, потому что в горницу вошла Лукерья Агафоновна, и они с Есенией разъединили руки, боясь быть пойманными за этой невинной лаской. Есении показалось, что бабушка не заметила этого жеста. Либо сделала вид, что не заметила.

— Ну что, молодец, проснулся? Как чувствуешь себя?

— Уже лучше, чем вчера. Только в боку немного болит, — ответил Деян. — Скажите, может, вам чем по хозяйству подсобить? Не привык я целый день без дела лежать.

— Ишь ты, какой резвый, — улыбнулась Лукерья Агафоновна. — Только рано тебе ещё хозяйничать, отдохни пару денечков, а там поставим тебя на ноги, и если все ещё захочешь помочь нам с Есенюшкой, мы будем только рады.

— Я захочу! Уверяю вас! — пылко воскликнул Деян.