Книга Любовь оборотня, страница 532 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

— Джерри ее ведь поэтому и стал выгуливать по приемам, — продолжил Тим, когда они остались одни. — Экзотика! Правда, пришлось утроить королевскую стражу. И, поверь, так поступили абсолютно все.

— Мариэтта — не дикий зверь на цепочке! — вновь возмутился Вадим.

— Точно! — кивнул Тим. — Дикий зверь без цепочки.

Морш нахохлился.

— Ты просто мало имел дел с оборотнями, — назидательно произнес эльф. — А вот мне порой приходиться общаться с вождями. Поверь! Удовольствие крайне сомнительное. Один из них, кстати говоря, дед Мариэтты. Если честно, Джарет по сравнению с ними — просто капризное дитя, которому достаточно дать игрушку, и он успокоится.

Вадим недоверчиво поразился на друга.

Тим поджал губы, продолжил:

— Расчетливые безжалостные, повернутые на евгенике. Какое счастье, что они предпочитают обитать на периферии Эльсидории, и только раз в год молодняк бежит через лес! И этого хватает.

Вадим вспомнил, как не так давно они втроем тайком крались по Тропе волков. С какой яростью Джарет дрался с молодым оборотнем, и с каким равнодушием к чужой смерти смотрел на происходящее Тим. «Книжные эльфы, — подумал Морш, — терпеть не могли орков, реальные — оборотней. Но к Мари это почему-то не относится. Или же?..»

Спросил:

— Анжела была такой же?

Тим задумался.

— Сложно сказать. Она производила впечатление женщины, которая больше сокрушаются об отсутствии шелковых простыней, чем о чувствах других. Когда узнал про ее шуры-муры с Джерри, помню, посмеялся: наконец-то и его кто-то использует! Хотя особо против он не был.

Благородный эльф что-то вспомнил, нахмурился.

— Я очень удивился, когда узнал, что она умерла, защищая своих… дочь. Я был уверен, что оборотни на это не способны. Особенно когда идет речь о дефектном потомстве. Знаешь…

Тут Тим ударился в воспоминания, и Вадиму пришлось выслушать несколько махровых историй, прежде чем ему удалось вернуть разговор в нужное русло.

— Я думаю, Джерри в отношении Мари просто хочет сделать несколько шагов назад, — ответил благородный эльф. — Так сказать, чуть отдалиться.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился Морш. — Он… хочет бросить ее?

Вадиму повезло: к этому моменту Тим уже выпил пару бокалов и был настроен весьма благодушно, поэтому ответил:

— Не знаю! Не уверен. Не сейчас. Слишком дорого для него. Скорее просто хочет взять паузу, помыслить, отдохнуть немного. В первую очередь от нее. Вообще, насколько успел заметить, у Джерри всего три сценария любовных похождений. — Загнул палец. — Быстрый секс и не менее быстрое расставание. — Загнул второй палец. — Регулярный секс без обязательств. При этом ему все равно с кем еще развлекается барышня, если из-за этого нет дополнительных расходов. И, наконец, — загнул третий палец, — то, что можно назвать романом. Он влюбляется, встряхивается, молодеет. Долго ухаживает, осыпает подарками. Невероятно нежен и творит множество премилых глупостей, на которые так падки барышни. Затем вдруг начинает вести себя, как полный мудак. За этим следует болезненное расставание и кутежи, а потом он успокаивается и становится скучным, занудным старикашкой.

Вадим удивился: представить самого знаменитого красавца Эльсидории в качестве рассыпающего деда в кресле-качалке оказалось сложно. Морш, конечно, знаком с Джаретом не так давно, как Тим, но все равно ни разу не замечал за королем ничего такого, что считал старостью. Да, ворчлив. Да, зануден. Но все-таки!