Книга Любовь оборотня, страница 556 – Алла Гореликова, Галина Герасимова, Екатерина Сулименко, и др.

Дэлион указал ладонью на места за столом. Рада и Тхир сели рядом друг с другом, адайе-ли занял место напротив.

— Можете не переживать — мой сосед сейчас на дополнительных занятиях, лишних ушей здесь нет. Вас зовут Рада Марри? — обратился он к лисичке, и та молча кивнула. — Давайте вашу руку. Ни к чему медлить.

На столе уже всё стояло подготовленным, и адайе-ли взялся за дело. Он был одет в самую простую тёмно-синюю рубашку и в самые простые чёрные брюки. Строгий, спокойный, собранный, с тонкой, но крепкой стеной между ним и остальными — когда это требовалось. Рада отвела глаза, стараясь не думать, напротив кого сидит сейчас и от кого принимает помощь.

Да, здесь обстановка была всяко лучше. Небольшая, но уютная гостиная со столом, парой кресел, диваном и небольшим шкафом, забитым книгами. По разные стороны — двери в спальни.

— Вы правда сможете помочь? — вдруг спросила Рада.

Дэлион протирал нож. От её вопроса он замер на миг.

— Простите, — шепнула она.

— Смотря что там у вас, — ответил он, пропустив извинение мимо ушей. — И смотря что вы захотите получить, исходя из этого. Но ваши чувства я прекрасно понимаю и сочувствую вам.

Рада зашипела от боли, когда нож ткнулся в её палец, и выступила капля крови. Дэлион управлялся со всем куда ловчее и увереннее, чем Тхир. У демонов кровь чёрная, в отличие от других существ, поэтому его магия тоже была чёрной, а не красной. Было немного страшно за ней наблюдать — она напоминала настоящую тьму, способную пробуждать мёртвых.

Вновь над предметными стёклами повисла энергия с её слоями и уровнями. Адайе-ли молча и сноровисто перебирал их, всматривался, сравнивал. Они были разноцветны, с разной плотностью и разным наполнением. Наконец он задумался над одним из них — чёрным, как его магия.

— Что с вашим отцом? — вдруг спросил он у Рады.

Та вздрогнула от удивления. Адайе-ли смотрел так, что она невольно прониклась важностью вопроса.

— Его нет с нами уже три года. Даже больше.

— Умер своей смертью?

— Да. Я нашла его возле колодца. Он был мёртв. И улыбался даже после смерти.

Предательски дрогнул голос, и Рада отвернулась, пряча выступившие слёзы. Та картина так ярко встала перед глазами, словно произошла вчера, а не три года назад. А ведь в последние разы, что она бывала дома, ей начало казаться, что всё, уже успокоилась…

Адайе-ли слушал внимательно, не сводя с неё глаз, и лисичка продолжила:

— Мама умерла сразу, как только родила меня. Папа вырастил меня один. Они были истинной парой…

Замолчала и шмыгнула носом. Прикрыла ладонью глаза и сглотнула ком в горле.

Пронеслось острое чувство несправедливости. Почему её семье так не везёт?! И ей, и родителям?

— Он продержался долго, — отметил Дэлион. — В последние три года вы не замечали ничего странного вокруг себя? Какие-то детали, которых раньше не было? Или на которые вы не обращали внимания?

Рада сокрушённо покачала головой.

— Нет. Разве что осень стала ярче, но мне, наверное, кажется.

Адайе-ли бросил короткий взгляд в окно. Янтарные глаза его поймали солнце, и зрачки сузились в щёлочки, как у кота.

— Даже вы мне сейчас кажетесь частью осени, — вдруг призналась Рада, скользнув взглядом по его золотым волосам и тронутой лёгким загаром коже.

Дэлион удивлённо вскинул бровь, но не прокомментировал никак её слова — лишь приподнял в лёгкой улыбке уголок губ.