Книга Охотники за тайнами Незримого, страница 56 – Ольга Консуэло

— А как же ты до воровства-то докатился? – спросил Осню. – Получается, что к тому времени, как кражи начались, кротиск у тебя уже год был.

— Я узнал, кто на самом деле был моим… – Голес замялся. – Ну пусть будет для краткости – отцом.

— А ты раньше не знал? – удивилась Мягла – Разве в таком маленьком городе можно скрыть что-то подобное?

— Это один из тех случаев, когда лучше всего сохраняет тайну именно то, что никто её тайной не считает, – усмехнулся Осню. – Вся Араурия знала, кто отец Голеса, один Голес не знал.

— Что-то я не понял… – озадаченно протянула Мягла.

— Да всё просто на самом деле. Все думали, что Голес тоже знает, вот никто с ним об этом и не говорил, – пояснил Осню.

— Но мама-то должна была что-то про отца сказать! – возразила Мягла.

— Она и говорила, – ответил Голес. – Что отец бросил её, когда она была беременная, и уехал из города. А подробности я не выяснял, просто не хотел знать, ни кем он был, ни даже как его звали.

— Получается, она тебя обманывала? – Мягла сочувственно взглянула на парня и уточнила: – Ну она ведь сказала, что твой отец уехал, а он, оказывается, так и живет в Араурии.

— Нет. – Голес покачал головой. – Мама говорила правду, просто не всю. Этот тип действительно тогда уехал, чтобы быть от нас подальше. А вернулся он не так давно, еще и трех лет не прошло. И нет, он не пришел ко мне с распростертыми объятьями и заверениями в отцовской любви. Я просто случайно услышал разговор мамы с соседкой. Эта вредная бабка, госпожа Ликейя, вечно во всё лезет и всем гадости говорит. Вот и в тот раз она таким омерзительно-приторным голоском разливалась насчет того, какие мы с мамой бедные-несчастные, что у нас даже денег нет на то, чтобы отправить меня учиться в Муккию, в тамошнюю инженерную академию – и откуда только узнала, что я этого хочу? А потом с таким насквозь фальшивым сочувствием она начала сетовать на то, что ведь мой-то отец живет припеваючи, ни в чем себе не отказывая. Пусть он и сборщик, и доходы у него незаконные, но ведь мог бы единственному сыну помочь. И имя его она назвала. Я бы сам у мамы ни за что спрашивать не стал!

— Что ж, с этим понятно, – покивал Осню. – А теперь давай вернемся к вопросу, зачем были нужны другие кражи. Того, что ты взял у своего отца, тебе бы на полный курс обучения хватило, еще бы и осталось.

— Так я сначала и хотел только его обчистить. А потом подумал, что если я так сделаю, то вы, дядюшка Осню, сразу догадаетесь, что это моих рук дело.

— С чего бы это? – поразился охповец.

— Даже не знаю, просто подумал так, и всё, – пожал плечами Голес. – Поэтому я решил совершить еще парочку краж. Запустил Колбасона на разведку, чтобы выяснить, кто из сборщиков сколько денег прячет. А когда узнал, мне пришла в голову идея – совершать кражи в таком порядке, чтобы подумали, что вор начал с самого обеспеченного. Мне показалось это хорошим способом всех запутать – пусть-ка угадают, откуда я вообще узнал.

— А как ты выяснил, что это сборщики? – уточнил Осню.

— Ну я часто в лесу-то брожу, много чего вижу. И я не уверен, что знаю всех.

— А сколько знаешь? – Осню хотел выяснить всё до конца.

— Четырнадцать.

— Ну это большая часть. Тебе бы не в инженеры пойти, а в охпо, такому смышленому-то, – усмехнулся Осню.