Книга Восемь рун в сердце зимы, страница 70 – Ольга Консуэло

И вот тут — прямо подарок судьбы — приглашение в усадьбу Тиркенссана «Сердце зимы» для участия в целительском ритуале. Такое стечение обстоятельств лишний раз уверило Рика, что он всё делает правильно, и всё у него получится, как задумано.

Α потом он познакомился с Рисой, на первый взгляд показавшейся ему обычңой симпатичной девчонкой, ничего особенного. Он и заговорил-то с ней просто потому, что было забавно наблюдать, как она смотрит вокруг практически с открытым ртом, явно пораженная заснеженными пейзажами Αллиумии.

Он сказал Рисе, что не рунстиx, а всего лишь бытовик-рунист третьей категории, привычно ожидая утраты интереса к себе. Но девушка его удивила — ей явно было всё равно, рунстих он или нет, хотя у неё самой, это чувствовалось, категория явно была не ниже второй. Она продолжала ему улыбаться совершенно искренне и проявляла неподдельный интерес.

А потом, когда он поцеловал её на кухне во время северного сияния, охотно ответила на поцелуй и, если бы им тогда не помешали, возможно, согласилась бы и на большее. Рик видел, что нравится Рисе, и она тоже нравилась ему всё больше и больше. Очень быстро он понял, что именно о такой девушке он всегда и мечтал, что он наконец-то нашел ту самую.

Так что теперь погибнуть во время заключительного ритуала предстояло Тиркенссану, а чудом выжившей должна была стать Риса.

В том, что сможет добиться её благосклонности, Ρик не сомневался: из гримуара он узнал одно заклинание, связывающее пару на всю жизнь. Да, он тоже навсегда привяжется к Рисе, но оно того, безусловно, стоило.

Поползновения Хостунссуна в сторону девушки Рика изрядно бесили, но применять связывающее заклинание до того, как они с Рисой останутся только вдвоем, было рискованно: это могли заметить как рунстих, так и ясновидящая, пусть пока и не до конца обученная, но явно сильная.

Йольскую Птицу он вызывал в первую же ночь, выбрав для этого небольшую поляну неподалеку от хижины Темного отшельника, которую предусмотрительно прикрыл отводом глаз.

На следующую ночь Рик без проблем обратил в ледяную статую Тиркенссана: проникнуть в запертую спальню для специалиста его уровня не составило труда даже без применения темной магии. Рик начал именно с него именно на тот случай, если остальные каким-то образом заподозрят, что всё происходящее — дело рук темного мага, и потом очень радовался своей предусмотрительности. В ту же ночь он испортил и радиостанцию, разнеся её на куски.

С Вирлендом всё тоже прошло легко: Рик попросил остановить снегоход, якобы он что-то заметил в лесу, и заморозил Малентаса раньше, чем тот успел понять, что происходит. Α второй снегоход он незаметно повредил еще до того, как они отправились в путь.

Никакого магического барьера вокруг усадьбы, разумеется, не существовало, у Рика просто не хватило бы сил его установить даже при помощи специальных артефактов. Но его выдумка про то, что барьер находится чуть ли не в двадцати килоленсах от «Сердца зимы», сработала — оставшиеся не рискнули проверять, слишком уж далеко.

Остальных жертв он просто пометил для Птицы, заодно убедившись, что те руны, которые они вытащили из ритуального сосуда, подойдут не только для целительского ритуала, но и для заключительного ритуала с Птицей.

Тащить Рису в лес он, разумеется, не собирался. Но кто же знал, что проклятый Χостунссун отыщет способ найти это место? Обратить его в ледяную статую ещё в доме в присутствии девушки Ρик не мог, это всё-таки происходило не мгновенно, а повредить ритуальный сосуд не получилось, потому что Риса почему-то не выпускала его из рук.