Книга Белый Шиповник и Черные Ягуары, страница 1 – Ольга Консуэло

Прохладное аллиумское лето подходило к концу, но Инса не грустила — ведь уже завтра возвращается Урт, и они наконец-то смогут увидеться. Магофонные разговоры — это, конечно, хорошо, но общаться со своим парнем лично всё-таки гораздо приятнее, причем во всех отношениях.

Мечтательно уставившись в окно своей комнаты, девушка представляла, как он изменился за эти три недели: загорел, небось, до черноты. Ведь, в отличие от нее, после получаса на солнце без защитных средств напоминающей цветом вареную креветку, не менее белокожий Урт покрывался красивым ровным загаром.

Жару Инса не любила, но, конечно же, с удовольствием бы поехала с Уртом на Корлинсу, если бы они отправились туда только вдвоем. Но на знаменитый бартастанский курорт парень поехал не только с вполне дружелюбно относившейся к Инсе младшей сестрой, но и с родителями, не жаловавшими подружку сына, имевшую всего лишь третью категорию дара. Так что Инса предпочла остаться дома, утешая себя тем, что зато в Стадстрене не жарко. Да и Икен, любимый тринадцатилетний братишка, обиделся бы, если бы сестра уехала на море без него.

Но в любом случае Урт уже возвращается, и ждать осталось совсем недолго. Почему же тогда так тревожно на душе? Неужели это снова одно из тех предчувствий, время от времени посещающих Инсу после того случая? А может это просто собирается гроза? Вон, вроде и небо на западе потемнело.

«Хватит киснуть!» — решительно сказала себе девушка и, вскочив с подоконника, легким шагом направилась на кухню — перехватить каких-нибудь фруктов до ужина. Не то, чтобы она любила сладкое само по себе, но вкус большинства фруктов ей нравился.

На кухне обнаружились только груши, зато как раз любимого Инсой сорта — зеленые и твердые, забавно хрустящие, когда их откусываешь. И ещё там обнаружился Икен, буркнувшей что-то невнятное и быстро вышедший из кухни. Такое поведение брата казалось странным — с ней он всегда общался охотно, но, с другой стороны, после того, как у Икена, тоже после того случая, начал проявляться дар ясновидения, он часто вел себя странно. Так что Инса решила не обижаться, тем более, что если у брата какие-то проблемы, рано или поздно он сам ей всё расскажет. Маме и тем более отчиму — вряд ли, а вот ей — обязательно.

Так что, прихватив грушу, она вернулась к себе в комнату и до ужина просто валялась на кровати, слушая музыку, — Бел, надо отдать ему должное, денег на детей жены от первого брака не жалел, так что проигрыватель музыкальных фонокристаллов у Инсы был самой последней модели, даже стереофонический. В общем — полный восторг!

Οбстановка за ужином была какой-то напряженной. Но, возможно, просто потому, что мелкий всё время капризничал. Общему сыну мамы и Бела было всего семь месяцев, так что то, что к вечеру он, устав, начинал ныть, было неудивительно.

Однако в итоге оказалось, что дело было всё-таки не в малютке Серте, поскольку после того, как мама уложила малыша спать, они с Белом пришли к Инсе в комнату и с вымученными улыбками заявили, что им надо с ней серьезно поговорить.

Такое начало насторожило бы кого угодно, и Инса не стала исключением. Тем более, что слово взял Бел, а он всегда так делал, если разговор обещал быть неприятным.

— Дорогая Инса, — начал он неестественно бодрым тоном, — мне дали повышение с переводом в Циннаверру, так что мы все переезжаем в Бартастанию.