Книга Сумрачный волкодав и Проклятая фея смерти, страница 86 – Ольга Консуэло

Боль, дикий жар, удушливый дым заполнили всё вокруг. Внутри и снаружи всё было огнем, пылающим и сжигающим без остатка. Мьюру казалось, что он весь, даже кости, расплавился в этом беспощадном огне, что его больше нет, остались только удушье и боль. «Я абсолютно огнеупорная собака», — твердил про себя Мьюр и упрямо полз вперед. Он запретил себе думать о том, что может не успеть. Он полз и полз, целую огненную вечность и когда уткнулся носом в дверь, сначала не поверил, что добрался.

Он поднялся, собрал остатки сил и, перекинувшись человеком, все их вложил в сокрушительный удар по запертой двери. Дверь хрустнула и развалилась на две части, а из комнаты навстречу Мьюру рванулась стена огня. «Ее больше нет! Огонь забрал ее! — торжествующе захохотала Блехингар. — Приди же ко мне! Я исцелю твои раны и смогу тебя утешить. И ты поймешь, что я гораздо лучше, чем эта толстая корова!»

— Нет! — в ярости выкрикнул Мьюр. — Я повелитель огня! И я приказываю ему вернуть мою Альви живой и здоровой!

И огонь умер. Всё вокруг заволокло дымом, а когда он развеялся, Мьюр обнаружил, что стоит на пороге комнаты, на полу перед ним валяется разломанная на две половинки дверь, а целая и невредимая Альви с тревогой вглядывается в его лицо.

Мьюр бросился к ней и сжал в объятиях.

— Полегче, ты меня так задушишь! — рассмеялась Альви.

— С тобой всё в порядке? — взволнованно спросил Мьюр, немного отстраняясь.

— Да, конечно. Просто дверь захлопнулась, а ты не отвечал, и я занервничала. — Это было второе испытание, — мрачно сказал Мьюр. — Какое счастье, что оно было только для меня!

— А ты сам-то как себя чувствуешь? — Теперь уже заволновалась Альви.

— Честно говоря, не очень. Давай посидим немного, мне надо прийти в себя.

Стул, к которому Альви привязывала сделанную из кофт веревку, так и стоял у окна. Мьюр поставил рядом с ним второй и сел, с наслаждением вдыхая свежий воздух.

— И что она приготовила для тебя? — спросила Альви.

И Мьюр рассказал. Он старался избегать мучительных подробностей, но обмануть свою единственную не смог.

— Это было ужасно, ведь так? — прямо спросила Альви, когда он закончил.

— Да, — не стал отрицать Мьюр. — И мне не хочется даже думать о том, каким будет третье испытание.

— Ну и не думай пока. Нам надо сначала найти девочек и убедить их вернуться вместе с нами. Вдруг это и есть третье испытание?

— Не исключено, — с сомнением протянул Мьюр. — Но я даже и предположить не могу, что такое должна сделать Блехингар, чтобы они отказались возвращаться, ведь заставить их подчиняться своей воле она, как ты помнишь, не может.

— И почему эта Науртис Кюннлейг напустила на тебя Блехингар? — с досадой воскликнула Альви. — На что она рассчитывала вообще? Хотела тебя убить? Но какой в этом смысл? Тогда просто назначили бы другого следователя.

— А я разве тебе не рассказывал? — удивился Мьюр.

— Нет. А я думала, что ты этого не знаешь, и не спрашивала.

— Мой коллега из МОП, которому поручили дополнительное расследование, переслал мне выдержку из протокола допроса дня три назад. Я хотел тебе рассказать, но, видимо, у нас нашлось более приятное занятие, и я забыл, — усмехнулся Мьюр.

— Она всё рассказала? Вот так вот с ходу призналась в тяжком преступлении? — недоверчиво нахмурилась Альви.