Книга Студентка поневоле и тайна безликого духа, страница 96 – Ольга Консуэло

— Значит, мы можем предположить, что Нюмквист сама впустила убийцу, - подытожила Рефи. – И дверь в подъезд ему открыла, скорее всего, тоже она.

— Думаете, она его знала? - спросил Баролф Гранссун, младший дознаватель, который достался Дуктигу в помощники на этот раз.

— Весьма вероятно, – кивнула Рефи. – Но нельзя исключать и того, что преступник был ей незнаком, но сумел придумать какую-то очень убедительную причину, чтобы Нюмквист не только согласилась с ним поговорить, но и впустила в квартиру. Как давно она умерла?

— Пять-семь часов назад, точнее пока сказать не могу, – ответил Алег.

— Значит, не раньше полудня, - задумчиво протянула Рефи. - Маловероятно, что кто-то из соседей видел преступника – большинство в такое время было на работе. Но вы, неор Гранссун, всё равно должны всех опросить. Начните-ка прямo сейчас. Если узнаете что-то стоящее, сразу зовите меня.

— Хорoшо, неор Фрамлинг, – подчиненный воспринял необходимость покинуть место прėступления с явным облегчением и тут же отправился выполнять распоряжение.

Рефи же принялась надиктoвывать на свой записывающий артефакт протокол осмотра места преступления.

Закончив с описанием обстановки и положения тела, Рефи спросила:

— Еще что-нибудь интересное нашли?

— Следов обуви на полу нет, – ответила Ульнарист, - и это немного странно, ведь в первой половине дня шел дождь, а улицы тут не самые чистые.

— Может, убийца приехал на автомобиле? – предположила Рефи.

— Или переобулся в тапки, когда пришел, - выдвинула версию Ульнарист, – мужские тапки в прихожей имеются. Но куда более странным мне показалось это.

Маг-эксперт протянула Рефи пакетик для улик, в котором лежала массивная металлическая заколка для волос в виде ярко-розовой бабочки.

— Почему? – недоуменно нахмурилась Рефи, хотя на самом деле прекрасно представляла причину.

Это несовпадение между её собственными мыслями и воспоминаниями Дуктига чуть не привело к обрыву видения, но Рефи всё же удалось удержаться.

— Во-первых, это детская заколка, а во-вторых, у убитой слишком короткие волосы, на них бы подобное украшение просто не удержалось, – пояснила Ульнарист.

— И тем не менее эта вещь могла ей принадлежать, – пожала плечами Ρефи. – Была куплена в подарок, например, или ещё что.

— Могла, – кивнула Ульнарист, - но, скорее всего, не принадлежала. Эта вещь попала в квартиру совсем недавнo, примерно в то же время, когда произошло убийство.

— Но всё же надо будет выяснить, не могла ли Нюмквист купить эту заколку кому-то в подарок, - задумчиво протянула Рефи. – Мы ведь пока вообще не знаем, ни откуда она, ни есть ли у нее родственники и друзья. Завтра с утра пошлю Гранссуна в училище делопроизводства, чтобы привез копию личного дела и опросил преподавателей.

— А ты? – поинтересовался Αлег.

— А я пошлю запрос в ЦСР* (*Центральная служба регистрации, где хранятся записи актов гражданского состояния) насчет семьи Нюмквист, а потом отправлюсь в «Шарики».

— Шарики? – переспросил Алег.

— Это трактир тут неподалеку, - пояснила Рефи, – убитая там работала. В училище у нее вряд ли были подруги, ведь училась она заочно, а вот среди коллег вполне могли быть. А даже если и нет,то те, кто с ней работал, наверняка хоть что-то о ней знают.

***

Рефи моргнула и вдруг обнаружила, что она уже не в квартире Лугрид Нюмквист, а в каком-то зале, заставленном небольшими столиками. «Шарики!» – догадалась она.