Книга Тайна Верховной жрицы, страница 35 – Виктория Виноградова

Рурык заинтересовался местной архитектурой, но ему так и не дали вдоволь полюбоваться сооружением. Толкнули справа, пихнули слева, оттеснили с дороги, а потом и вовсе втянули в людской поток, унося гостя внутрь вокзала.

Рурык и оглянуться не успел, как очутился в просторном холле, наполненном прохладой мраморных стен и суетой пассажиров. Иривийцы продолжали толкаться, спешить, озираться, торопливо шуршать поклажей, гулко топать по каменному полу. Словом, вели себя так, будто жить им оставалось не больше пары дней. Все они торопились покинуть вокзал. Никто не остановился и не поднял голову вверх, а ведь там, под сводом стеклянного купола, неизвестный творец создал настоящий шедевр.

В центре композиции, в каменных одеяниях стояла богиня Денея: крепкая женщина с грубыми чертами лица и весьма привлекательным бюстом. В руке она держала меч, направив его в сторону. Богиня стояла на цилиндрическом пьедестале, стены которого были украшены рельефными изображениями. На одних картинках можно было разглядеть праведных иривийцев, простирающих руки к Денее и молящихся о защите. На других — врагов народа, с ужасом бредущих в пещеру Рамона. Сама богиня гневно смотрела на прохожих, будто осуждая за сам факт существования. Очевидно, ныне живущим полагалось испытывать смиренный трепет перед столь грозной матерью-защитницей Иривии. По сравнению с Денеей, злой дух Рамон, высокий, худощавый, в черном костюме, с цилиндром на голове и ухмылкой на устах, поджидающий у ворот пещеры, выглядел вполне славным парнем, с которым можно иметь дело.

Рурык подумал о том, что в каждой стране поклонялись разным божествам и только Рамон оставался неизменным. И эта его пещера, куда грешники попадали после смерти… Упоминания о ней присутствовали в любой религии. От этого Рамон казался более настоящим, чем нарисованные небожители.

Вслед за этим пришла другая мысль, затасканная, не раз посещавшая умы тех, кто жил до Рурыка: что, если богов создали сами люди?

«Человечество настолько мнит себя никчемным, что ему проще выдумать божественного защитника, чем поверить в собственные силы», — размышлял савениец, с подозрением разглядывая Денею.

За то время, что он ехал в поезде, Рурык успел подробнее изучить вопросы местной религии. У них была весьма запутанная система с жречеством и магистрами, и было до конца не ясно, к кому обращаться, чтобы получить доступ в библиотеку при Соборе. А именно туда намеревался попасть аферист, чтобы расшифровать записи в книге, доставшейся от матушки. Родительница не раз повторяла, что на страницах записано местонахождение клада, но чтобы перевести текст, требуется что-то или кто-то, владеющий древне-иривийским.

Была мысль, что фолиант окажется с подвохом и в качестве сокровищ Рурык найдет не золото и драгоценности, а, допустим, древние рукописи. Дескать, главное сокровище — это знания.

Но даже окажись это так, Рурык был уверен, что сможешь извлечь выгоду. Пусть не сразу, но он найдет способ, как пристроить полученные «богатства» Иривии.

— Простите, где я могла вас видеть?

Рурык медленно перевел взгляд с каменной богини на хрупкую девчушку, стоявшую перед ним. Личико такое милое, светлое. Глаза светло-карие, красивые, большие. И бровки тоненькие, чуть темные. Волосы белесые, под солнечными лучами будто светятся. Собраны в два куделька по бокам, отчего кажется, что девочка едва-едва окончила школу.