Книга Старшая сестра его величества. Власть, страница 229 – Алёна Цветкова

У меня закружилась голова. Земля ушла из-под ног, и ощутила себя повисшей в воздухе и потерявшей ориентацию. Узкая, острая, как клинок, мысль больно билась в висок. Я почти сразу догадалась о том, кем была эта знакомая... Я готова была поручиться всем, что у меня есть: к тому, чтобы моя мама стала королевой, приложила свою маленькую ручку баронесса Шерши. Как разбухший труп, всплыли на поверхность воды памяти ее слова о том, что другие тоже думают, что она работает на них. Меня замутило от поднявшейся вони. Семейные тайны иногда смердят хуже падали.

Захотелось расцарапать противную рожу «глупышки Ирлы». Причинить ей такую же боль, которую я сейчас ощутила по ее вине... Я готова была вскочить и выбежать из кабинета, чтобы добраться до этой мерзавки. Но вместо этого, разлепила спекшиеся губы, слизнула с них соль собственных слез и прошептала хрипло:

— Моя отец... — запнулась, вдруг подумав, а имею ли я теперь право называть его так? Исправилась. — Его величество Эдоард, так сильно не хотел, чтобы Гергорик сел на трон, что готов был признать чужого ребенка своим. Так почему вы сейчас не хотите исполнить его волю?

Герцог Юрдис снова вздохнул с сочувствием. Хотя сейчас мне показалось, что оно не настоящее, что все это притворство. Всю мою жизнь...

— Вы правы, — кивнул он. — Эдоард не хотел, чтобы его племянник примерил корону. Но Грегорик оказался не таким плохим королем, как можно было бы подумать. И сейчас меня все более чем устраивает... Пожалуй, даже больше, чем при вашем отце. По-крайней мере, никто не мешает мне заниматься своими делами. — Он усмехнулся, — я никому не открою ваше настоящее лицо, ваша светлость. Но и помогать вам вернуть трон, на который вы имеете еще меньше прав, чем Грегорик, не буду. А господин Первый советник.... Если он попытается сместить Грегорика, то очень сильно пожалеет. Так ему и передайте,— улыбнулся он.

Я кивнула. Очень медленно. Прямо сейчас все мои планы рушились. И я сама лично приложила усилия, чтобы все сломать.

— Кому еще известно о том, что я не родная дочь Эдоарда? — спросила я, стараясь не выдать своего волнения.

— Из живых только мне, — улыбнулся герцог Юрдис. — И теперь вам.

— А ваша знакомая?

— О, не беспокойтесь. Она слишком глупа, чтобы во всем этом разобраться, — герцог рассмеялся, — она так ни о чем и не догадывалась, — фыркнул он. Уголок губ против моей воли дернулся. Не смотря на всю свою боль и злость, я не смогла сдержать кривой ухмылки. Только я смеялась не над глупостью баронессы Шерши, а над тем, как ловко она облапошила самого главу тайной канцелярии. — Она предложила Анни только потому, что девочка молода, красива и весьма опытна в постельных делах, чтобы соблазнить даже такого упрямца, как Эдоард. Этот глупец думал хранить верность покойной королеве, а сам так быстро повелся на прелести молодой ургородской шлюхи...

— Не смейте говорить так о королеве! — зашипела сквозь сжатые зубы. Я сжала кулаки, чтобы не кинуться на герцога и так сильно прикусила губу, что кровь хлынула мне на язык.

В ответ герцог громко расхохотался. Я медленно расцепила зубы, с трудом сдерживая гнев, готовый вырваться на волю.

— А вы не боитесь, что я могу убить вас? — прошептала я, озвучивая свое самое большое желание. Никто не смеет оскорблять мою мать... и отца... его величество Эдоарда Семнадцатого.