Онлайн книга «Старшая сестра его величества. Богатство»
|
— Нет, — ответила, — я не завидую… Ну, если только самую малость. А если Гирем другую себе найдет, расстроюсь, конечно. Но замуж я пока не хочу и вешаться ему на шею не стану. Пусть живет, как хочет. Если любит, то дождется… Жерен вон сколько лет ждал, чтобы с тобой быть. — Ох, ну, и дура ты, Елька, — фыркнула Селеса. — Знаешь, как я жалею, что зря время потеряла? Думаешь, мне его богатства нужны? — Махнула рукой. А потом призналась, — если бы не дети… не знаю, как выжила бы с Алихом-то… Каждую ночь в постель к нелюбимому ложиться… врагу такого не пожелаю. Потому и тебя от ошибки уберечь хочу. Ежели любишь Гирема, то не думай ни о чем, пока замуж зовет — иди. Иначе потом всю жизнь жалеть будешь. Локти кусать. Она вздохнула. И я тоже. Я была с ней согласна. Я уже жалела. Но и от цели своей отступить не могла. Сжала порезанную ладонь, чтобы разогнать так не вовремя потревоженные чувства, и вернулась к началу разговора. — Я просто удивилась, Селеса, что у Жерена такие таланты, а он, — я запнулась, — не ювелир, и даже не художник… Селеса фыркнула и хитро посмотрела на меня. — Ну, почему не ювелир… Огляделась по сторонам, словно сомневаясь в чем-то, а потом решилась. Схватила меня за подол и потянула к себе: — Елька, сядь! Я тебе сейчас такое скажу! Да, сядь же! Успеешь еще мужиков позвать, — она чуть не силой усадила меня на скамью рядом с собой. Склонилась к уху и зашептала еле слышно, — только ты никому не говори. Мне Жерен по секрету признался. Ты про Иржена, ювелира из Монтийской епархии слышала? Конечно же, я слышала. Монтийская епархия — закрытое государство образованное религиозными фанатиками, сбежавшими из Абергориансской империи несколько веков назад. Они построили свою страну на месте Северной пустоши, обнеся границы высокой каменной стеной, без окон и дверей. Только узкие бойниц, за которыми прятались воины-фанатики, убивавшие всех, кто рискнул приблизиться к их территории ближе, чем на полет стрелы. Официально ни один купец не мог попасть на территорию епархии, и ни один купец не мог выбраться оттуда. Об этой стране даже у короля не было никаких достоверных сведений, только слухи, домыслы и обрывочные рассказы редких контрабандистов, которые безумно рисковали, поднимаясь и спускаясь по веревочным лестницам с Великой Стены под покровом ночи. И тем ценнее были товары, которые они умудрялись доставлять оттуда. Например, ювелирные изделия уникального и самобытного мастера Иржена. У меня было несколько украшений, изготовленных его рукой. И стоили они баснословных денег. Я уже собиралась кивнуть, но вовремя опомнилась. Откуда простой девчонке Ельке знать имя, которое передается из уст в уста тихим шепотом… — Нет, — мотнула я головой, — не знаю. А кто это? Селеса тихо рассмеялась, склонилась еще ближе и зашептала еще тише. Мне пришлось затаить дыхание, чтобы разбирать слова: — Это очень известный ювелир. Его работы из простого серебра оценивают в три-четыре веса золотом. А те, что из золота, да с драгоценными камнями по карману только высшей знати и королю. И, — она, сделав драматичную паузу, выпалила на грани слышимости, — это Жерен! Хорошо, что у меня уже не было в руках никакой посуды. Иначе снова пришлось бы мести полы. А сейчас я просто сидела, открыв рот и выпучив глаза в полнейшем изумлении, и не могла произнести ни слова… |