Книга Пути-дороги. С чистого листа, страница 23 – Алёна Цветкова

— Хорошая у тебя яма получилась, – Ванут после работы заглянул ко мне во двор, я как раз занималась ежевечерними постирушками, – я Динаю про нее рассказал. Заинтересовался староста. Завтра с тобой Яволк пойдет ловушки ставить. Он охотник удачливый, говорят, зверье к нему само бежит.

Вот уж кого мне совершенно не хотелось видеть, так это старостихиного сына. Я с ним встречалась два раза в жизни: когда он привез меня в деревню и бросил, не сказав ни слова, и когда жрал мою кашу, и оба раза мне хотелось его прибить… не складывается у нас общение.

Может надо было промолчать, все же Ванут старался, но я не сдержалась.

— Вот уж спасибо, сосед, удружил, – сказала с досадой, – завтра из леса вернется только один из нас…

Сверкнула я глазами…

— Почему? – Не понял сосед, – ты куда-то собралась?

— Я нет, – скорчила грозную рожицу, – а вот Яволк запросто… Он меня ненавидит, – пояснила я. Ванут так ничего и не понял. – А я его. И есть вероятность, что мы друг друга поубиваем…

— Ну, Лола, – Ванут расхохотался, догнав шутку, – это вряд ли… Не знаю, как тебе, но Яволку ты понравилась. Он только про тебя и говорит все эти дни.

— Да?! – я удивилась даже, – и что же?

— Что ты язва, егоза, вообще, неугомонная. И муж с тобой наплачется…

— Это мало похоже на комплименты, – подхватила я смех, – и скорее подтверждает мои слова.

— Про остальных Яволк, вообще, не говорит. Кривится только, когда Динай ему невест предлагает. Всех девиц в округе уже перебрал, ни одна не по душе.

— Эй, Ванут, ты случаем меня не сватаешь?

— Что ты! Небо с тобой! – фыркнул Ванут, – да разве ж Динай позволит наследнику на бывшей налож… – побледнел он, – прости, Лола…

— Да, ладно, забудь, – я изо всех сил постаралась удержать улыбку на лице. Нет, замуж за Яволка мне совсем не хотелось. Я просто поняла, что мое «гаремное прошлое» навсегда останется в памяти всей деревни. Они мне этого никогда не забудут. И не простят.

Утром, собралась за грибами, рыбой и кроликами. Подумаешь больно… так больно, что полночи без сна пролежала.

Как будто бы в первый раз. Уверена, в той, прошлой жизни, которую я не помню, мне не раз доводилось получать такие оплеухи от судьбы. И ничего, жива… Даже не утонула.

Немного опасалась увидеть Яволка у ворот, не хотелось начинать утро с неприятных эмоций. Они и так не самые радужные. Но он не пришел, и я, с облегчением выдохнув, потопала на реку. В этот раз я несла удочку, силки, прутья для силков и две корзинки. Одну для грибов, вторую для кроликов. А не поймаю, так в обе грибы наберу… или ягоды… в том овражке, где мы с Реттой собирали, уже должна быть клубника.

Пока дошла до реки. Развеялась. Улыбаться начала. Хорошо все же в деревне летом. Нравится мне такая простая жизнь… вроде как знакомая мне, но в то же время не совсем привычная.

Я это по рукам своим сужу. Очень уж мягкие они у меня. Видно, что к крестьянскому труду неприспособленные. Это сейчас за несколько дней мозолями покрылись… но слабыми, тонкими. Я первое время боялась, что до крови кожу сдеру. Обошлось.

И ноги… Верно тогда бабка Ага заметила, нежные пяточки у меня, как у младенца, будто бы и не ходила я никогда, а всю жизнь на постели возлежала…

Вот же… как удачно с этим гаремом получилось. И пусть вся деревня помнит, у меня еще вся жизнь впереди… Дед сказал, что мне едва восемнадцать исполнилось… Хотя чувствую я, что старше… чувствую, но молчу. Восемнадцать – прекрасный возраст.